Черные фонтаны забвения. Как живет кубанское село Киевское, где появилась первая в России нефтяная скважина

На окраине станицы Киевской Крымского района Краснодарского края еще стоит старая металлическая вышка. Местные называют ее «Бабушка-вышка». Внутри — скромный обелиск с потрескавшимися табличками, перед которым всегда горит огонь. Вокруг — трава, заросли и несколько законсервированных скважин.

Когда-то здесь кипела жизнь, работали буровые вышки, а в небо били настоящие фонтаны черного золота. Сегодня здесь остались лишь ржавые конструкции, заросшие травой, да одинокие обелиски, хранящие память о былой славе.

Никакого музея, никаких туристических указателей, никаких новых построек. Нефть когда-то ударила здесь впервые в России, но место так и осталось почти незамеченным.

Журналисты 93.RU отправились в Крымский район, чтобы собственными глазами увидеть, чем сейчас живет станица, прошедшая большой путь от индустриального центра до аграрного захолустья.

Окутанный туманом товарищ Ленин стоит напротив сельского Дома культуры, где, судя по внешнему виду, совсем недавно построили ухоженный сквер с детской площадкой. Левой рукой он показывает на полуразрушенное здание прямо за территорией. Когда-то здесь висели красивые баннеры, пряча развалины заброшки, но сейчас от них остались только металлические конструкции.

Железная дорога разрезает Киевское пополам. С одной стороны — благоустроенной — располагаются все важные для села места. Администрация, Дом культуры, заросший стадион с облезлыми трибунами и футбольными воротами. Напротив — новая яркая табличка «Спорт — это жизнь».

Здесь же в 2020 году открыли новый обелиск с черной каплей на вершине. Но то ли его так и не довели до ума, то ли уже разбили, потому как выглядит он уже заброшенным. К памятному месту ведет неприметная гравийная дорожка, по которой неспешно гуляет семья с коляской.

Но мы оказались здесь другим путем — через огород и перепаханное поле местного жителя.

«К памятнику можно обойти вокруг по дорожке. Ну, можно и через меня. Только там все перепахано, но можете пройти», — с сомнением говорит молодой человек, открывая железную калитку.

История этого уголка Кубани началась с одного человека. Ардалион Николаевич Новосильцев родился в 1816 году в Петербурге. Сын сенатора, гвардейский офицер, кавалергард. Карьера у него складывалась неровно: переводы из полка в полк, служба на Кавказе, участие в венгерском походе 1849 года, награды. К концу 1850-х он оказался чиновником особых поручений при Министерстве внутренних дел. Человек состоятельный — имел имения в нескольких губерниях — он искал, куда приложить капитал и силы.

В начале 1860-х в Петербурге зажгли первые керосиновые фонари. Их установила фирма американца Ласло Шандора. Новосильцев увидел в этом будущее. Во время служебных поездок на Кубань он обратил внимание на старые нефтяные колодцы и ямы, где нефть добывали кустарно. После окончания Кавказской войны регион стал спокойнее, и полковник решил действовать.

В 1863 году он добился переуступки контрактов на нефтяные участки Таманского округа, а затем получил монопольные права на огромную территорию — от берегов Черного и Азовского морей почти до Екатеринодара. На восемь лет. Потом продлили еще на десять.

Сначала Новосильцев нанял американскую бригаду. Те бурили «наугад» — методом «дикой кошки». 1863–1864 годы принесли одни разочарования: сухие скважины, поломки, жалобы на климат, грунт и «угрюмых» казаков. Контракт разорвали.

Тогда полковник сделал ставку на русских специалистов. Руководителем работ стал механик Владимир Петерс, помощником — Карл Сикорский. Горный инженер Фридрих Кошкуль подсказал перспективное место — долину реки Кудако, в сорока с лишним километрах от Анапы. Теперь это село Киевское.

В августе 1865 года там началось бурение. А 15 февраля 1866 года (3 февраля по старому стилю) из скважины № 1 с глубины чуть больше 37 метров ударил первый в России нефтяной фонтан. Он бил сутки, потом ослабел, но в апреле при большей глубине ударил еще сильнее и продолжался почти месяц. По подсчетам, первая фонтанирующая скважина дала около ста тысяч пудов нефти. Нефть была зеленоватой и с резким серным запахом.

Новосильцева в момент удара на промысле не было — он примчался из Екатеринодара. Начали расширять разведку, строить нефтеперегонный завод у старой крепости Фанагория на берегу моря. Пресса сразу подхватила новость. Писали о «замечательном событии», о том, как Петерс не послушал американцев и добился своего. Один из очевидцев описывал долину Кудако почти поэтически: черная вышка, рабочие в замазанных рубахах, речка с густой горючей жидкостью и фонтан, бьющий черным снопом.

Место быстро стали называть кудакинским промыслом. Новосильцева даже прозвали «русским Крезом» — по аналогии с древним богачом. Но удача оказалась короткой. В декабре 1870 года на одном из участков ударил мощный нефтегазовый фонтан. Вспыхнул пожар, сгорели строения, погибли люди. Огонь тушили несколько суток — пожарные, солдаты, казаки, крестьяне. Это был первый крупный пожар на российских нефтяных промыслах.

Параллельно росли долги. К 1870 году задолженность превысила миллион рублей. Предприятие передали под специальное попечительство. Новосильцев продолжал бороться, искал отсрочки, писал императору. В письме 1878 года он признавался, что вложил в дело все состояние и чужие капиталы и теперь боится потерять результат многолетних трудов.

6 декабря 1878 года Ардалион Новосильцев скоропостижно умер в Симферополе. Похоронили его в Александро-Невской лавре в Петербурге.

После его смерти дело пытались спасти. В 1879 году промыслы и завод сдали в аренду американцу Герберту Тведдлю, потом французам из компании «Русский стандарт». Но большие успехи не пришли. К концу XIX века работы почти свернули. Когда открыли мощные месторождения в Грозном, кубанские промыслы окончательно затихли. Вспоминали о них только во время майкопского бума начала XX века.

В советские годы место продолжили развивать. В 1937 году на месте первой скважины даже установили памятник, который разрушили во время войны. В 1958-м его восстановили.

«Было открытие, там недалеко от этого места площадь была, поставили столы, а в то время сладостей никаких, дети голодные были. И на столах были конфеты и пряники, и вода газированная. Это было вообще… запомнилось на всю жизнь», — рассказывает журналисту 93.RU бывший глава села Анатолий Арестов.

Примерно в те же годы жители небольшого кубанского села впервые увидели афроамериканцев. Для советских детей из глубинки это был настоящий шок и воспоминание на всю жизнь.

«Концессия была то ли американская, то ли английская. Они разрабатывали месторождения, и были среди них чернокожие. А мы же все как дикари были», — с улыбкой вспоминает Анатолий Алексеевич.

В январе 1965 года рядом с селом произошла одна из самых тяжелых техногенных аварий на Кубани: на буровой скважине № 265 Кудаково-Киевской площади нефтепромыслового управления «Абиннефть» взорвался газовый фонтан. Проектная глубина скважины достигала 1650 метров.

Авария произошла 22 января около 18:00. Выброшенные вместе с газом куски породы ударили по металлическим конструкциям вышки, возникли искры, и газ воспламенился. Через 15 минут раскаленная вышка рухнула и завалила устье скважины.

Пожар принял катастрофический масштаб. Высота пламени и продуктов горения достигала 150 метров. Рев огня был слышен на расстоянии до 50 километров. В радиусе 100 метров могла загореться одежда, на открытых участках тела возникали ожоги, а в радиусе 800 метров растаял снег.

Тушение осложнялось тем, что рухнувшая вышка перекрыла устье скважины, а поврежденное оборудование дробило газовую струю на несколько языков пламени. Пожарным и нефтяникам приходилось под обливом водой подтаскивать к горящему факелу тяжелые стальные тросы, чтобы зацепить и оттащить многотонные конструкции.

Вода и химические огнегасительные средства оказались бессильны. Тогда к тушению подключили артиллеристов: один из выстрелов попал в поврежденное оборудование и превратил раздробленный факел в единый огненный столб. Для окончательной ликвидации пожара решили применить надземный взрыв. К устью скважины подвели рельсовый путь и доставили заряд взрывчатых веществ массой 350 килограммов.

15 февраля 1965 года в 15:30 заряд сработал: взрыв оторвал пламя от устья, и фонтан погас. Окончательно угроза возобновления пожара исчезла 20 февраля, когда на скважине установили запорную арматуру, а газ направили по трубам для дальнейшего использования. Вся операция продолжалась 25 суток.

Месторождение постепенно увядало, но продолжало работать. Окончательно все вышки законсервировали лишь несколько лет назад. Но в долине реки все еще можно найти следы нефти — небольшие черные озера. Местные считают это настоящей экологической катастрофой, но, кажется, власти ничего не планируют с этим делать.

Сейчас село Киевское живет в основном сельским хозяйством — здесь сохранился колхоз «Ленинский путь». Многие местные ездят на заработки в ближайший крупный город Крымск, работают в магазинах или на железной дороге. Даже жители села уже не помнят никаких подробностей об этой части их истории. Знают только о памятниках на окраинах.

«Это не к нам, мы хоть и старые, но уже сами ничего не помним», — говорит пенсионерка, которая продает цветы возле магазина.

В 2006 году в селе Киевском хотели создать историко-мемориальный комплекс под открытым небом «Первый нефтяной фонтан России», в котором акцент сделали бы на переход от ручных и кустарных методов добычи нефти к промышленным способам.

В долине реки Кудако планировали воссоздать несколько буровых вышек времен Новосильцева, установить локомобиль и буровой станок, деревянные чаны для хранения нефти, мастерские и другие объекты. Все это помогло бы будто вживую посмотреть на процессы бурения и добычи нефти. Тем более что Киевское находится в удобном месте для подъезда — путешественники со всей страны могли бы заезжать сюда по пути на море.

Но этим планам так и не суждено было сбыться. И в 2026 году от черных фонтанов остались только воспоминания и два забытых памятника.