Зоны отчуждения: кубанский ликвидатор строил саркофаг над ЧАЭС, а на родине остался без дома

В двух часах езды от Краснодара в станице Новодонецкой живет семья Рубан. Условия у них спартанские: дом напоминает строительную бытовку с минимальными удобствами. Девять лет назад ликвидатор катастрофы на Чернобыльской АЭС стал жертвой мутной риелторской схемы, когда покупал новое жилье по выданному местной администрацией сертификату. Правоохранительные органы и власти считают, что люди сами виноваты и ничего уже сделать нельзя. Сам Рубан продолжает верить в чудо. В 35-ю годовщину чернобыльской катастрофы 93.RU съездил в станицу и поговорил с ликвидатором сразу о двух катастрофах в его жизни: чернобыльской 1986 года и выселковской 2012-го. Погрузили, подстригли, переодели Житель Выселок Николай Рубан попал в Припять в 26 лет — он работал водителем КАМАЗа в Выселках, когда ему принесли повестку. После катастрофы на Чернобыльской АЭС его и многих других жителей Кубани принудительно отправляли на место аварии для ликвидации ее последствий. — Нас в поезд погрузили в Динской, подстригли, переодели в военную форму. Это было в 1986 году, но не сразу после аварии. Почти ежедневно с 1 июля по 5 августа Николай возил железобетонные плиты от станции Вильча прямо к четвертому блоку ЧАЭС (75 км) — из этих плит рабочие строили защитный саркофаг для реактора. Всего Рубан провел в Чернобыле 35 дней. Рабочий день длился 12 часов, за это время водитель КАМАЗа успевал делать два рейса. По словам Рубана, в 26 лет его уже не должны были отправлять по повестке, однако это представили как сверхсрочную переподготовку. Мужчина так и не вспомнил, сколько всего жителей Выселок отправили к ЧАЭС. Его жена Нина добавила, что в живых осталось 12 ликвидаторов, большая часть людей уже умерла. Всего, по ее воспоминаниям, в Припять отправляли более 100 местных жителей. — Сашка Шершнев, он в Афганистане был, тоже его забрали. Всех шкребли. А там доезжаешь до Припяти — пот такой, воздух сжатый. Радиацию же не видать. Ездили и проверяли дозиметристы, у них был прибор. Приезжаешь — рентген, а то и два, — продолжил свой рассказ Николай Иванович. Каждый день мужчина надевал белую робу и медицинские перчатки, а всем ликвидаторам давали выпить «какую-то гадость». В августе Николая посадили на поезд и отправили домой. По словам жены, радиация сказалась на суставах, но в молодости состояние организма было получше, сейчас «здоровья вообще никакого нет». После возвращения домой Рубан продолжил водить КАМАЗ, в 50 лет вышел на пенсию и еще какое-то время работал на себя. Сейчас он получает 16 тысяч рублей трудовой пенсии, еще 3,7 тысячи рублей ежемесячно ему поступает на питание как ликвидатору аварии на ЧАЭС. Больше никаких надбавок у Николая нет — только раз в год к годовщине «выделяют что-то». Нина объяснила, что муж мог бы получать больше, если бы у него была оформлена инвалидность, но в молодости он не захотел этим заниматься. — По закону третья группа должна быть сразу, потому что они облучены радиацией. Они должны идти оттуда [с ЧАЭС] уже с третьей группой, а там по состоянию здоровья уже со второй или первой. У нас в районе ничего не дали: вот он не пошел в больницу сразу, и не надо. А сейчас мы кинулись оформлять, а нам сказали, что уже поздно. Как же поздно? Радиация же никуда не девается, она в организме. Состояние не улучшается, раньше помоложе организм был, а сейчас ему хуже. Сам Николай добавил, что хуже всего ему во время жары, сейчас еще все нервы вытрепали, и теперь его беспокоит сердце. Человек, которого нет Родительский дом Николая находился в Выселках — предполагалось, что после смерти старших членов семьи жилье мужчина разделит с братом. Однако тот подделал документы, якобы Николай без вести пропал и семья 15 лет ничего о нем не знает. На основании этих бумаг суд выписал Рубана из дома. Маленький дом в станице Новодонецкой, в котором мы общались с семьей Рубан, еще до войны построила семья Нины. Сейчас здание находится в плачевном состоянии: внутри нет санузла, кухни и даже потолка — над деревянными балками без обшивки сразу виднеется шифер. Как хоккеисты, массажист и егерь дом перепродавали К 2012 году семья Рубан получила от властей Выселковского района сертификат на улучшение жилищных условий. По нему они могли приобрести новый дом или квартиру, однако старую недвижимость необходимо было передать в собственность администрации. Родственница посоветовала обратиться к Андрею Мануколу — якобы он приближенный [бывшего губернатора Краснодарского края] Ткачева и поможет найти хороший дом. Ранее Манукол был учредителем ООО «Кураж» и ООО «Ломбард». Первая фирма занималась ресторанным бизнесом, вторая — предоставляла краткосрочные кредиты под залог движимого имущества и торговала антиквариатом. На данный момент обе компании ликвидированы. А еще 43-летний мужчина любит хоккей: играет вратарем в команде «Агрокомплекс им. Н. И. Ткачева» из Выселок. И Манукол нашел — одноэтажный кирпичный дом на улице Красная Поляна, 124 в Выселках. Рубанам понравился дом, и они познакомились с собственником Игорем Турпетко — тоже предпринимателем и любителем хоккея. Карточка 42-летнего спортсмена Турпетко есть на сайте Ночной хоккейной лиги — он играет на позиции защитника в той же команде «Агрокомплекса», что и Манукол. Нину смутило, что в доме были прописаны дети, а еще перед покупкой ветер сорвал крышу, поэтому семья сначала отказалась от сделки. — Мы отказались, а потом Манукол перезвонил, когда у нас сроки уже поджимали. Сказал, что в доме всё отремонтировали, так что приезжайте и смотрите. Там поменяли шифер и потолок подшили. Когда Рубаны приехали, оказалось, что у дома уже сменился собственник, — им стал местный массажист Артур Николайко. Манукол объяснил это тем, что из-за отказа семьи дом купил Николайко, чтобы на нем заработать, а теперь снова продает. При этом все выписки и документы по-прежнему были чистыми: на недвижимости не было обременений. В итоге сделка состоялась, а уже в 2013 году Андрей Гончаров, которого все знают как местного егеря, обратился в суд с требованием признать все договоры купли-продажи недействительными. Изучив решение суда, журналист 93.RU выяснил, что изначально собственником дома был Дмитрий Рунков. Он задолжал 1 миллион 388 тысяч Гончарову. По решению суда дом арестовали, однако Рункову каким-то образом удалось продать дом Мануколу. Позже собственником стал Турпетко, который очень быстро продал дом Николайко, а тот в свою очередь — семье Рубан. Где в это время были суд и приставы, которые допустили многократную перепродажу арестованной недвижимости, остается только догадываться. Интересно, что всеми сделками занимался риелтор Вячеслав Горковенко. На суде он заявил, что не помнит никаких подробностей, несмотря на то, что всё происходило в довольно короткие сроки. В 2013 году судья Александр Кальчевский вынес решение в пользу Гончарова: Рубанов обязали покинуть дом из-за долгов прежнего собственника Рункова. При этом на заседании выяснили, что о спорах вокруг жилья знали все, кроме Николая. Однако ни прежние собственники, ни риелтор не сообщили семье о проблемах. — Риелтора посоветовал Манукол. Приехал Рунков, кто должен деньги Гончарову, а между нами четыре собственника. Манукол забрал за долги дом у Рункова и продал своему куму Турпетко. Николайко — тоже их знакомый. Гончаров егерь был. В суде не было прокуратуры, соцзащиты, хотя у нас несовершеннолетний ребенок прописан и деньги бюджетные. Я просила их приехать на суд. Они должны были нас защитить, но никто не приехал. Когда суд вынес решение о выселении Рубанов, им пора было отдавать районной администрации свое старое жилье в Новодонецкой — сертификат они израсходовали и нужно было соблюдать договоренности. По словам Нины, замглавы администрации Татьяна Коробова предлагала оформить дарственную на главу Сергея Фирсткова. Когда Рубаны отказались, их назвали хамами, которые хотят заполучить сразу два дома. — Положено по акту передачи — забирайте, — возмутилась Нина Ивановна. В итоге по решению суда чиновники уступили родовой дом Нины, оценив его в 310 тысяч рублей — именно столько семья теперь должна администрации Выселок. Рубаны вернулись в свой дом с несовершеннолетним сыном спустя 3 года — за это время жилье начало гнить и разрушаться. У семьи не осталось ничего: соседи помогали им с едой, посудой и другими вещами. Когда Нина начала показывать фотографии жилья, куда их заставили вернуться, она не выдержала и заплакала. На кадрах видно плесень и дыры на стенах, вместо кровати — автомобильные сиденья и скамейка во дворе, печкой служила газовая горелка. Жалоба Ткачеву и арест зарплаты Николай родился в 1960 году в Выселках, как и экс-губернатор Кубани Александр Ткачев. По воспоминаниям чернобыльца, они вместе ходили в детский сад, катались с одной горки и учились в параллельных классах. Нина с 2012 года обращалась в поисках правды во все доступные инстанции, а однажды даже подкараулила Ткачева на кладбище с семьей в родительский день. Губернатор выслушал женщину и при ней поручил главе районе Фирсткову разобраться в ситуации. Тот ответил, что администрация в курсе и обязательно поможет, вот только стало еще хуже: — На второй день я прихожу на работу, меня вызывают — мои ползарплаты арестовали, представляете. Потому что я ж должница за дом. — Догавкалась, — с ухмылкой комментирует рассказ жены Николай Иванович. Медаль для Путина и разговор с властями Выселок Всего у Николая Рубана пять наград, в том числе орден Мужества, который его жена несколько лет назад отправила по почте президенту Владимиру Путину. Этим она надеялась привлечь внимание к своей ситуации с домом. Орден через какое-то время вернули, вот только не по обратному адресу, а в администрацию Выселковского района. После общения с Рубанами мы отправились к районным чиновникам, чтобы поговорить с ними об этой ситуации. После двух часов ожидания корреспондента 93.RU позвали на разговор с замглавы района Татьяной Коробовой. Чиновница за это время успела подготовиться: у нее на столе лежали бумаги с историей Рубанов, много абзацев текста были выделены зеленым маркером. Коробова с помощницей рассказали всю историю с самого начала, и она совпала с той, которую за несколько часов до этого поведали Рубаны. Чиновница утверждала, что администрация предлагала семье полное юридическое сопровождение их сделки, однако Рубаны отказались. — Они, конечно, были в ужасе. И мы были в ужасе, потому что такая ситуация у нас впервые. По словам Коробовой, когда пришло время сдавать свое старое жилье, Рубаны начали искать различные предлоги и отговорки, чтобы этого не делать. В итоге, как утверждает чиновница, новый дом у них отобрали по решению суда именно из-за того, что у них в собственности всё еще было другое жилье. Журналист 93.RU напомнила о версии Рубанов, согласно которой они не передали вовремя жилье из-за того, что Коробова заставляла их оформить договор дарения на главу района. Чиновница ответила, что ничего подобного не было. — Это глупости, вообще такого априори не должно быть [договора дарения]. Каким образом это может быть? Есть пакет документов, где четко сказано: принимается в муниципальную собственность. Глава района лишь как должностное лицо подписывает. Договор не дарения, а безвозмездной передачи. Интересно, что в 2016 году в материале «Российской газеты» Коробова подтверждала слова Нины и говорила, что никакого криминала в этом не видит. По мнению заместителя главы района, власти занимают лояльную позицию, не выселяя семью из дома в станице Новодонецкой за несвоевременную уплату долга в 310 тысяч рублей. Сейчас администрация ничем не может помочь Рубанам: те уже израсходовали свой сертификат, а у властей и так не хватает денег на обеспечение жильем всех желающих. На претензию Рубанов о том, что власти во время судов не поддержали их, помощница Коробовой заявила, что семья должна была заявить соответствующее ходатайство. В пользу Рубанов есть решение суда, по которому массажист и последний собственник Николайко должен вернуть им около 1,8 миллиона рублей. Однако мужчина сейчас проходит процедуру банкротства и ничего отдавать не собирается. Прокуратура бессильна Выйдя из администрации, я сразу же позвонила в пресс-службу прокуратуры Краснодарского края и описала им историю с семьей Рубанов. В ведомстве ответили, что хорошо знакомы с этой проблемой. В конце мая 2015 года следователи возбудили уголовное дело по факту мошенничества в крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК РФ). Спустя почти два года, 28 февраля 2017-го, дело прекратили, потому что в действиях Манукола, Турпетко, Николайко, Рункова, Горковенко и Гончарова не увидели состава преступления. Прокуратура Выселковского района и Краснодарского края признали такое постановление законным и обоснованным. Все жалобы Рубанов на прекращение уголовного дела не удовлетворили. В апреле 2016 года Выселковский районный суд признал недействительным договор купли-продажи между Рубанами и Николайко, с последнего «взысканы денежные средства в сумме 1 738 800 рублей». Фактически семья чернобыльца этих денег не получила. В мае того же года приставы возбудили исполнительное производство о взыскании с Николайко денег. По данным прокуратуры, в дальнейшем судебный пристав-исполнитель бездействовал и занимался волокитой. Например, Николайко в течение года не беспокоили и не трогали его имущество. В январе 2017 года стало известно, что Артур Николайко купил у местной предпринимательницы автомобиль BMW 550i. По данным прокуратуры, Рубанам предложили обратиться в суд, чтобы получить с мужчины часть суммы, однако они отказались. Прокуратура также не нашла никаких нарушений при выселении Рубанов и их несовершеннолетнего сына из дома на Красной Поляне. 14 января 2021 года Арбитражный суд Краснодарского края признал Артура Николайко банкротом. Новая жизнь сложного дома По пути домой я решила заехать в спорный дом на улице Красная Поляна. Новая хозяйка Юлия рассказала, что купила дом в 2018 году у Гончарова, который сам живет в станице Березанской. На тот момент она ничего не знала о ситуации, уже позже она начала собирать информацию от знакомых и из интернета. Женщина пожаловалась, что Николай не выписался из дома вовремя, и поэтому у нее возникли проблемы. У Юлии несовершеннолетний ребенок-инвалид, которого необходимо было оформить для получения пособий. Однако выяснилось, что чернобылец не приносил в соцзащиту документы, хотя суд его давно выписал. По словам Юлии, Рубаны приезжали к ней и говорили, что она должна им деньги. Сама женщина не понимает, почему с нее что-то требуют, если дом она купила у Гончарова. — Гончаров, когда мне продавал дом, ходил к нотариусу, составлял какие-то бумаги, а только после этого мне продали дом. Пока всё хорошо. Сегодня, когда вся страна отмечает Международный день памяти о чернобыльской катастрофе, Николай поедет в Выселки на праздник от районной администрации. Там ему дадут очередную грамоту и новую медаль — они займут свое место в ветхом домике, из которого семье всё равно некуда идти.