Сергей Хестанов, советник по макроэкономике генерального директора брокерского дома «Открытие»: «Если с ростом цен мы уже примирились, то сейчас на первый план выступает угроза безработицы»

Стремительно растущие цены и отказ власти от выполнения социальных обязательств, начавшиеся масштабные сокращения – верные приметы кризиса, который россияне уже ощутили на своих кошельках. Чего стоит бояться еще, все ли возможности для сдерживания роста цен использованы сегодня и с чем нужно связывать надежды на улучшение ситуации? На эти и другие вопросы ответил советник по макроэкономике генерального директора брокерского дома «Открытие» Сергей Хестанов. – Сегодня активно обсуждается тема кризиса и чаще всего в контексте нещадно растущих цен. Что сегодня может остановить инфляцию? – В реальности на инфляцию могут повлиять несколько факторов, самый существенный из которых – стабилизация курса рубля. От 30% до 44% стоимости потребительской корзины среднестатистического россиянина составляют валютные товары. Логично, что заметная девальвация рубля привела к значительному их удорожанию. Судя по совокупности факторов, ждать укрепления рубля раньше начала лета не приходится. Вторые виновники инфляции – естественные монополии, роль которых сегодня отошла в тень под влиянием внешнеполитических факторов. Тем не менее, рост тарифов устойчив, и тормозить его пока никто не собирается. В лучшем случае процесс будет несколько сдерживаться государством из соображений социальной стабильности. Наконец, в теории на рост инфляции могут оказывать влияние так называемые монетарные факторы. Но из-за недавнего подъема ставки рефинансирования влияние этих факторов фактически сошло на нет. Поэтому в лучшем случае цены стабилизируются ближе к лету. – Получается, мы еще не ощутили так называемое «дно кризиса»? – Мы к нему вплотную подошли, но это если говорить о кризисе в контексте цен. Если с ростом цен мы уже примирились и подровняли под него свои потребительские расходы, то сейчас на первый план выступает вопрос занятости населения. Москву процесс сокращения рабочих мест только затронул, и это стало настоящим шоком после декабрьской эйфории, когда в торговый оборот были вброшены огромные запасы денежных накоплений. Сейчас ритейл уже вплотную ощутил падение платежеспособного спроса. И если сети оказались к этому готовы, то мелкие магазины начали закрываться. Чуть позже придет время малых банков, для которых ставка рефинансирования на уровне 15% окажется убийственной, если продержится на этом уровне еще пару месяцев. Нужно понимать, что даже маленький банк вынужден содержать большой штат персонала, и закрытие банков может заметно скорректировать ситуацию на рынке труда. Гораздо меньше в кризис пострадает реальный сектор экономики, особенно легкая и пищевая промышленность. Для всех остальных самые болезненные моменты кризиса, скорее всего, еще впереди. – Сейчас заметное беспокойство россиян вызывает сокращение социальных обязательств как областного, так и городского бюджетов, что очень заметно бьет по кошельку многих людей с и без того невысоким уровнем доходов. Справедливо ли это на фоне обещаний президента сохранить все социальные выплаты? – Вопреки объявленному курсу, власти исходят из собственных возможностей, а благодаря бюджетной реформе возможности эти у регионов, увы, невелики. В 80% регионов работа местных финансовых властей сводится к банальному выклянчиванию дополнительных средств у Москвы. Нужно быть готовыми к тому, что в ближайшее время проблема вряд ли решится, поскольку средства на ликвидацию такой вот «пиковой напряженности» будут выделяться крайне неохотно. – В таком случае, насколько справедливы требования некоторых депутатов заморозить цены принудительно? К каким последствиям это приведет? – Идея накормить голодных, дав им возможность покупать дешевые продукты, витает в воздухе со времен Великой французской революции 1793 года. Именно тогда был провозглашен декрет о максимуме цен, который регулировал стоимость самого дешевого черного хлеба. Революционеры готовы были применять к нарушителям самые суровые меры, вплоть до расстрела, однако результат оказался нулевым. Дешевый сорт хлеба просто исчез из продажи. Повторение истории с колбасой по 1,8 рубля, которая существовала в принципе, но которую невозможно было купить в реальности, мы помним по Советскому Союзу. Сегодня нам предлагают по сути вернуться к этому опыту, и ничем иным как популизмом эти призывы я назвать не могу. Если цены на отдельные продукты все же заморозят, то они либо исчезнут из продажи вовсе, либо будут продаваться в таких минимальных количествах, «для галочки», что будут недоступны большинству людей. Единственный путь снизить цены – увеличить предложение, и с этим ничего не поделать.