СЕЙЧАС -3°С
Все новости
Все новости

«Даже попрощаться не успела»: молодая мама — о том, как ее мужа мобилизовали накануне рождения ребенка

Дениса Филатова отправили в 4 утра на следующий день после явки в военкомат

Мария и Денис Филатовы воспитывают дочку и ждут второго ребенка

Поделиться

В редакцию 74.RU обратилась Мария Филатова, мужа которой — Дениса — отправили на сборный пункт через несколько дней после объявления частичной мобилизации. Формально он подходит по возрасту и имеет опыт срочной службы, поэтому подлежит мобилизации. Но мы решили опубликовать обращение Марии, поскольку оно ставит сразу несколько актуальных сейчас вопросов. Например, о наличии боевого опыта у мобилизуемых, о медицинской комиссии и возможности отсрочки или отпуска в связи с рождением ребенка. Ниже — история, рассказанная самой Марией.

Ни я, ни сам Денис не хотели, чтобы он попал под мобилизацию. Поначалу мы вообще не думали, что ему придет повестка: по телевизору ведь было сказано, что должен иметься боевой опыт, а у него, кроме срочной службы в армии в 2011–2012 годах, никакого опыта нет. По специальности он пулеметчик. И что подразумевалось под боевым опытом, по-моему, никто не понимает: то ли человек должен был пройти горячие точки, то ли достаточно просто службы в армии.

Откуда взялось требование о боевом опыте? В день объявления частичной мобилизации, 21 сентября, министр обороны Сергей Шойгу в интервью каналу «Россия 24» заявил: «У нас огромный мобилизационный ресурс. То есть ресурс тех, кто отслужил, имеет боевой опыт, имеет военную учетную специальность». Похожую мысль он высказал в эфире канала RT: «Это не какие-то люди, которые никогда не видели и не слышали ничего про армию, это действительно те, кто отслужил, имеют военно-учетную специальность, имеют боевой опыт». О «соответствующем опыте» говорил и президент РФ Владимир Путин. При этом данный критерий звучал исключительно на словах и не был зафиксирован ни в одном документе, равно как мы до сих пор не знаем, что считается признаком наличия у человека боевого опыта. Мы побывали на нескольких сборах мобилизованных, но ветеранов горячих точек не встретили ни разу.

Моему мужу Денису 32 года, то есть по возрасту он подходит. Прописан он в Бектыше около Коркино, а живет в Челябинске, и повестка пришла 26 сентября по адресу прописки: родителям Дениса ее не отдали. Те просто позвонили ему и сообщили об этом. В тот же день Дениса отпустили с работы, чтобы он съездил в военкомат Коркино: как я понимаю, работодатель по закону должен это сделать.

Я сразу сказала ему взять с собой справку о том, что мы ждем второго ребенка: он должен родиться во второй половине октября. Но на справку никто смотреть не стал. Денис говорит, что в военкомате всё было очень скомканно: ему только сказали, что если бы у него было трое или четверо детей, тогда другое дело. А так это никого не волнует. В военкомате было много народу, никакой медкомиссии, всё быстро-быстро-быстро. Получается, 26 сентября днем он приехал туда, а в четыре утра на следующий день уже был на пункте сбора. Он только успел заехать домой, покидать какие-то вещи — и сразу туда. Их посадили в автобус, и он лишь успел кинуть СМС, что едет в Елань. Мы даже толком попрощаться не успели: на проводы дали минут пять.

Из-за того, что не было времени собраться, он сейчас ходит и закупается сам: форму ему вроде бы выдали, а теплые вещи, лекарства, еду покупает. Говорит, что условия проживания тяжелые: ему еще повезло оказаться в казарме, где есть кровати, а кто-то спит на полу на матрасе. Говорит, что помыться первый раз удалось на шестой день, потому что до этого времени толком не было воды.

новость из сюжета

Подпишитесь на важные новости о спецоперации на Украине

Не знаю, был ли шанс попросить об отсрочке сразу: нам просто не дали времени собраться с мыслями. Денис говорит, что там, в Елани, просить об это бесполезно. Медосмотра не было ни в военкомате, ни там, так что даже возможности пожаловаться кому-то нет. Хотя по телевизору говорят, что все должны проходить медосмотр, но почему-то его нет.

Им сказали, что месяц они будут проходить переподготовку и обучение, то есть вроде бы до рождения ребенка он должен быть здесь. Может быть, его отпустят хотя бы в кратковременный отпуск?

Денис работает на «Макфе» оператором основного производства линии макаронных изделий, и нам обещали сохранить за ним место, а также дать единовременную выплату. В остальном мы пока не знаем, на какие деньги будем жить. Ходят разные разговоры: кто-то говорит, что их приравнивают к обычным солдатам, кто-то — к контрактникам (военком Челябинской области назвал минимальный уровень оплаты в 150 тысяч рублей в месяц. Прим. ред.).

Сейчас мы ждем второго ребенка, и я очень переживаю, что Дениса забрали. Я не понимаю, почему нужно было именно в такой момент мобилизовывать человека, который содержит семью. Раз это частичная мобилизация, должна же быть какая-то приоритетность? Но нам везде говорят, что всё сделано по закону, и для нас вся эта ситуация, конечно, шок.

Критерии частичности мобилизации пока в принципе не очень понятны: например, часто звучат оговорки по поводу возраста военнослужащих (солдаты — до 35 лет, младшие офицеры — до 50 лет). Однако у нас есть примеры мобилизации людей, выходящих за эти рамки, и отменить такие решения пока не удается.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции

Станьте автором колонки.

Почитайте рекомендации и напишите нам!

    Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter