
Как зарождался и чем закончил первый частный вуз Краснодара
Когда-то здесь кипела студенческая жизнь, но сейчас аудитории пустуют. Окна частично выбиты, стены разрисованы нецензурными надписями и гротескными рисунками, такими же нецензурными. Сегодня некогда успешный вуз, в котором учились сотни студентов, стоит заброшенным и почти забытым. Занятия здесь не проводят, по словам местных, лет десять. Журналисты 93.RU побывали в институте имени Кирилла Россинского и узнали, что происходит с первым негосударственным вузом Краснодара.
Хозяина здесь нет
Хаос, который творится на территории заброшенного института, виден из-за металлического забора, одна из секций которого спилена болгаркой. У стены неработающего уже как 10 лет кафетерия стоит простенький зеленый велосипед. Слышно, как кто-то, по всей видимости хозяин этого велосипеда, разгребает мусор в аудитории на втором этаже.

Вуз не существует уже около 10 лет

Детские рисунки на окнах одного из зданий
Под ногами — старые зачетки студентов. Одна из них принадлежит Геннадию и датирована 2015 годом. Хозяин этой зачетки учился на первом курсе факультета экономики и управления. Судя по оценкам, учился он неплохо.
«Не ходили бы вы туда. Недавно вот полиция приезжала. Говорят, парень затянул на заброшку маленького мальчика… Да и делать вам там нечего. Это частная территория… Хозяин? Хозяина здесь нет, вы и так видите, какой тут творится бардак…», — говорит пожилой мужчина в камуфляжной куртке, местный житель.

Мусором усеяна вся территория института
Шум, который доносился со второго этажа, перемещается в другую часть заброшенного корпуса.
Немногие знают, что в частном секторе Краснодара, в районе улицы Ставропольской, находится заброшенный Институт международного права, экономики, гуманитарных наук и управления имени Кирилла Россинского (ИМПЭГНиУ).

Барельеф с изображением Кирилла Россинского
Учредили его еще в 1992 году. Но тогда он назывался Кубанским филиалом Московского экстерного гуманитарного университета. Таких филиалов по стране было около десяти. В Краснодаре это был первый коммерческий вуз.
«Его организовал Николай Халаджан. Очень эрудированный человек, педагог, академик и бывший член Нью-Йоркской академии наук. Его методика экстерного обучения применялась даже за границей. Мой племянник попал в самый первый набор. И после обучения получил диплом негосударственного образца. А позже вуз получил лицензию», — вспоминает бывший доцент института Людмила Хорева.

Кирилл Россинский, в честь которого назвали вуз
Собственную лицензию негосударственный вуз получил в 1997 году. Она позволила самостоятельно вести обучение студентов по более чем 10 направлениям, в том числе — журналистика, лингвистика, педагогика, история. Сам институт назвали в честь кубанского просветителя Кирилла Россинского. Он даже изображен на эмблеме заведения.
«Туда пошел весь свет института культуры, были преподаватели из Кубанского государственного университета. Мы там очень дружно и прекрасно работали, на энтузиазме. Хотя и зарплата была очень хорошая», — продолжает Людмила Хорева.

Относительно хорошо сохранившаяся литература
Лекции читали в суде
А в 2004 году Николай Халаджан умер. Дело продолжила его дочь Людмила Дуброва. Она стала президентом института, ее супруг Виктор Дубров стал ректором.
«Людмила очень поддерживала преподавателей. Кому-то помогала купить квартиру — давала деньги взаймы. К каждому празднику дарила подарки. Преподавательский состав тогда насчитывал около 60 человек. Я до сих пор пользуюсь формой для выпечки, фужеры у меня от нее стоят прекрасные. Отношение руководства к преподавателям и студентам в вузе было очень хорошее», — говорит Людмила Хорева.

Школа английского языка для детей

Площадка перед кафетерием
В первые годы работы количество студентов в потоке доходило до 700 человек. В то время институт снимал в аренду несколько помещений в городе. Свои аудитории и площади у вуза появились позже.
«Снимал залы в оперетте, в драмтеатре. Приходилось читать лекции в Советском районном суде. Там есть большой зал для заседаний… Конечно, нужно было собственное здание», — вспоминает Людмила Хорева.
Уже ближе к началу нулевых годов институт выкупил государственные объекты на 2-м проезде Стасова.

Часовня осталась нетронутой

Иконы внутри сохранились хорошо
Держал в ежовых рукавицах
«Раньше, очень давно, здесь был государственный детский сад. На его базе и появился институт. Землю сдали в долгосрочную аренду. Там появилась собственная часовня, и поставили памятник Александру Пушкину», — вспоминает один из местных жителей.
Часовня Святых Равноапостольных Кирилла и Мефодия появилась на территории института в 1998 году. Построили ее по благословению Архиепископа Екатеринодарского и Новороссийского Исидора. А памятник Александру Пушкину открыли годом позже. Это работа кубанских авторов — скульптора Алана Корнаева и архитектора Леонида Ковтуна.

Здесь был памятник Александру Пушкину

Книги, которые кто-то пытался сжечь
В стенах института выпускался собственный журнал «Студент», газета «Российская газета», вещало собственное «Студенческое радио». Здесь даже была собственная команда КВН «Девять ярдов».
«Сам институт вел большую просветительскую работу. Мы выпустили книгу о Кирилле Росинском, писали о кубанском историке Викторе Соловьеве. У нас напечатал свою книгу Николай Назаров „Литература Кубани“ с ранними текстами кубанских авторов», — говорит Людмила Хорева.

Старые стикеры

Люстру почему-то никто не забрал
В институт приезжал даже Отар Кушанашвили и певица «Света», последняя, кстати, окончила ИМПЭГНиУ. Вуз очень гордился этим, ее имя даже внесли в список лучших выпускников.
А Виктор Дубров держал весь институт в ежовых рукавицах. Очень педантичным и требовательным был. Доходило до того, что он приучил каждого сотрудника ставить инициалы и фамилии в документах в правильном порядке. В русском языке, действительно, сначала пишутся инициалы, а затем фамилия», — говорит Людмила Хорева.
Когда все закончилось
12 декабря 2015 года Рособрнадзор приостановил лицензию (должна была действовать до 2022 года) института на образовательную деятельность. Студентов начали переводить в другие вузы и колледжи. С тех пор ИМПЭГНиУ прекратил свое существование.

Здесь уже не осталось ничего ценного

Здесь обучали парикмахерскому делу
«В связи с распоряжением Рособрнадзора от 12.11.2015 № 3471-07 о приостановлении действия лицензии на осуществление образовательной деятельности Института им. Россинского, на основании приказа Минобрнауки России от 07.10.2013 № 1122 у обучающихся в Институте возникает право на перевод в другую организацию, осуществляющую образовательную деятельность (далее — принимающая организация)», — говорилось в официальном заявлении института.
Причины отзыва лицензии, конечно же, никто не назвал. Институт закрыли, студентов перевели в другие учебные заведения. И здания начали приходить в упадок.
«Их содержали примерно до 2022 года. Здесь стояли камеры, сигнализация. Но это платить надо было. А потом хозяевам, видимо, стало неинтересно. Потом отключили свет, коммуникации. Сюда начали залезать дети, бездомные. А потом и бывшие сотрудники, пытаясь спасти от уничтожения то, что осталось целым. В основном это книги. Мы с женой за книгами ходили… Раньше тут все машинами вывозили», — говорит Артем, бывший технический сотрудник института.
За спиной у него здание, где когда-то действовала школа английского языка для детей. Стены здесь украшены мотивами сказки о Гарри Поттере. Каждый кабинет назван в честь факультета, на стене надпись «Спасите Добби». Есть даже «Выручай-комната».

Здесь находилась школа иностранных языков

Она оформлена в стилистике «Гарри Поттера»
В кабинетах школы давно нет ничего ценного, только книги — в основном сказки или исторические рассказы. Все они набухли от влажности. В самих кабинетах пахнет плесенью и мокрой бумагой.
Под ногами трещат выбитые из дверей в аудитории стекла, в потолке виднеется дыра, там — второй этаж.
На второй этаж ведет лестница, обтянутая ковром и заваленная разным мусором и старой мебелью. За лестницей актовый зал, стены которого тоже стилизованы под старину. Видны остатки обоев с изображением колонн, каменной кладки, книжных шкафов.

Актовый зал на втором этаже

Ушлые люди разобрали все кондиционеры в поисках меди
Как такового потолка в зале нет. Он давно рухнул. От полного разрушения его берегут несколько металлических подпорок. В помещении снова чувствуется резкий запах плесени.
Движуха здесь была
Годы запустения не прошли для здания института бесследно. Целых окон на первых этажах здания почти не осталось. На небольшом пятачке на улице, где во время перемен студенты играли в настольный теннис, разбросаны старые зачетные книжки и фотографии.

Старая зачетная книжка

Из компьютерного класса давно вынесли всю технику
«Много студентов здесь училось. Движуха здесь была. Да и зарплата вполне себе достойная. Сколько? Не скажу. Но на жизнь не жаловался… Сейчас больно смотреть, конечно… Сколько всего уничтожено. Мы рядом живем, каждую ночь слышно, как тут громят, что еще цело. В основном подростки, конечно… Книги поджигали, мы несколько раз прибегали тушить. Тут ведь труба по фасаду проходит. Если загорится, ничего хорошего точно не будет», — продолжает Артем.
Мужчина ходит по бывшим кабинетам и аудиториям. Каждый его шаг слышно с улицы.
«Помимо студентов здесь был садик, внеклассное образование. Криминалистике учили, но в качестве подготовки к поступлению в другие учебные заведения. Это факультативное направление… А вот тут учили на косметологов, парикмахеров и массажистов. В соседней аудитории солярий стоит. Никто его открыть не может, потому что не знают, куда нажимать», — говорит Артем.

Старый солярий

Одна из аудиторий института
После щелчка крышка солярия действительно откинулась, а затем с грохотом упала, подняв столп пыли.
«Тут доводчик был, наверно, сломался», — резюмирует Артем. — «Пошли, покажу, где пилон стоит. Он крутится даже. Сюда девушки приходят фотографироваться.

Бутафорский камин в школе английского языка

Испорченная подростками книга
Из соседней аудитории слышен шум. Кто-то ходит, пытаясь не производить много шума. У него не получается. Артем говорит, что это норма: «Наверно, ищут что-то металлическое, чтобы сдать».
Внутри — действительно двое мужчин пытаются засунуть в мешок моток проводов. Один из них здоровается и закуривает.

Подростки периодически громят помещения, на что жалуются местные жители

В поисках ценного сюда приходят бездомные и дети
Кабинет, судя по литературе, которая разбросана на полу, раньше служил аудиторией для занятий студентов-историков. На стене в рамочке до недавних пор висел портрет Дмитрия Медведева, все еще в статусе президента России.
«Это кто такой», — удивляется мужчина, который вместе с другом все-таки затолкал в мешок моток проводов. — «Знакомое лицо…».
На вопрос, что он тут делает, мужчина ответил, что «пришел за добром». И пожаловался, что подростки «раскурочили весь кондиционер и вытащили оттуда всю медь». А зеленый велосипед, который мы заметили перед входом в институт, принадлежит ему.

Старые фотографии студентов

Здесь сохранился пилон для танцев
«Подростков здесь действительно много», — говорит Артем. — «В соцсетях куча видео отсюда, вот они сюда и приходят — посмотреть и порушить что-нибудь. Часовню вот только не тронули. Да и нет там ничего интересного для детей. Иконы да и все. А еще тут пианино сохранилось. Правда, изрисовано все. В кафетерии стоит. Это на первом этаже».
Артем говорит, что когда-то здесь был даже компьютерный класс. Причем технику после закрытия никто не вывозил.
«Старенькая, конечно, техника была. Но я сам видел, как местные подростки там компьютеры разбирали. Вытаскивали карты…», — говорит Артем.

Плакат на стене танцевальной студии
Местные жители говорят, что здания бывшего института Кирилла Россинского уже давно принадлежат другим собственникам.
«Кому, я вам не скажу. Одно знаю, не заинтересован он в продолжении дел. Хотя, вы и так все видите. Все, конец балета», — говорит один из местных жителей.






