Российский эксперт рассказал об острой нехватке рабочих на стройках

В России на стройке — серьезный дефицит рабочих. Хуже всего ситуация, ожидаемо, в Москве: там не хватает 12 786 человек, в Санкт-Петербурге — 6155, в Краснодарском крае — 6566. Коллеги из E1.RU разобрались, как обстоят дела в других регионах, какую роль в этом играют мигранты и почему людей не хватает даже при том, что на стройке сейчас одни из самых высоких зарплат. — В сентябре 2024 года вице-премьер Марат Хуснуллин сообщил, что дефицит кадров в строительной отрасли составляет порядка 200 тысяч человек. Мы фиксируем этот уровень кадрового дефицита с небольшими колебаниями на протяжении всего 2024 года. Из консультаций со строительными организациями — членами СРО мы отмечаем, что структура дефицитных специальностей одинакова во всех российских регионах, — говорит Антон Глушков, президент Национального объединения строителей. Куда исчезли рабочие из Средней Азии? По словам эксперта, ситуация с влиянием мигрантов на сложившийся дефицит кадров двоякая: в общем объеме процент не так уж и велик, однако в самых дефицитных специальностях раньше как раз и работали люди из стран СНГ. — У нас процент иностранцев в стройке в целом не более 10%. Из 10 миллионов человек, занятых на стройке, по статистике, всего 800 тысяч — иностранцы. Это не так много, казалось бы, но надо смотреть структуру производства. Среди высококвалифицированных кадров всё не так страшно, тут работают российские специалисты, но в отделочных работах, общестроительных, разнорабочих — тут иностранцев 80%. То есть в этих вещах есть перекос, и как его выравнивать — достаточно непростая задача, — рассказал Антон Глушков. При этом он отмечает, что массовый отток рабочих из Средней Азии происходит прямо сейчас, а начался он в этом году гораздо раньше прежнего. — Основными поставщиками иностранных рабочих ресурсов были и остаются Узбекистан и Таджикистан. У них есть определенная сезонность. В России зима холодная, поэтому они всегда уезжают и возвращаются весной. Сейчас мы наблюдаем эту сезонность, массовый отток. Тем не менее он начался намного раньше, чем всегда. Много было событий, — отмечает президент Ностроя. По словам эксперта, на ситуацию влияет ужесточение миграционного законодательства — как с патентами на работу и визами, так и с проверками на знание русского языка. На этом фоне в 2025 году, очевидно, рабочих из стран СНГ больше не станет. — Условно: Узбекистан — это 30 миллионов человек, из них в России работает порядка пяти миллионов. Примерно 2,5 миллиона человек очень хотят здесь работать, но депортированы за нарушения миграционного законодательства. Число нарушений и депортаций, к сожалению, из года в год увеличивается, — подчеркивает Антон Глушков. Кто заменит таджиков и узбеков? Эксперт однозначно говорит, что полностью отказаться от рабочих из-за рубежа на стройках невозможно, поэтому уже сейчас на рынок ищут кадры из других стран. Однако проблемы в этом случае ровно те же. — Если мы по политическим причинам меняем вектор развития и отказываемся от наших сложившихся партнеров из Узбекистана или Таджикистана, встает вопрос поиска новых рынков. Но есть один технический момент: у нас достаточно жесткое законодательство по трудовой миграции, требующее от иностранца знания русского языка, и у нас сейчас много скандалов по этому поводу, — отмечает Антон Глушков. Возможное спасение — рабочие из Индии, Пакистана и Северной Кореи, хотя им освоить русский язык определенно сложнее, чем узбекам и таджикам. — Другие рынки, которые у нас формируются в первую очередь, на мой взгляд, — это Индия, Пакистан, безусловно, Северная Корея — она в процентном соотношении исторически имеет корни работы в России, но все-таки акцент надо делать на индийцев, потому что это сейчас самый основной рынок труда в мире и в стройке в том числе. Нет ни одной развивающейся страны, которая не использовала бы труд специалистов из Индии, — подчеркивает президент Ностроя. — Рынки [иностранной рабочей силы] нужно формировать, находить какие-то здравые компромиссы. Они сейчас стратегически есть по опыту Северной Кореи, потому что ребята у нас уже работают без нарушения международного законодательства. Я думаю, что мы пойдем по этому пути, нам нужно привлекать соответствующее нашей экономике трудовое активное население. Но вопрос знания языка — это вопрос времени, который нужно будет как-то решать, поэтому новые иностранные рынки в ближайшее время точно появятся, — подчеркнул эксперт. Сколько платят строителям? От дефицита не спасают даже высокие зарплаты. В последние годы отрасль активно заманивала людей именно этим, но теперь рост зарплат остановился. — Сейчас ситуация, честно скажем, достаточно неопределенная. Пока мы занимаем четвертое место среди отраслей по средней заработной плате. По УрФО, например, средняя зарплата рабочего на стройке — 105 тысяч рублей. Это очень хорошие цифры, мало кто из отраслей может соперничать. Но как долго у экономики стройки будет такая возможность оставаться в топе зарплат, тем самым переманивая специалистов из других отраслей, — это, конечно, вопрос, — говорит Антон Глушков. В конечном счете размер зарплат зависит от возможностей отдельных компаний, а с этим стало сложнее. — Почему зарплата росла последние три года? На мой взгляд, потому что это позволяли возможность и рентабельность жилищного строительства. Что происходит сейчас? Спрос на первичном рынке упал до 80%. А если нет рентабельности, это сказывается на всей пищевой цепочке, — отмечает эксперт. И этот вопрос не столько тормозит привлечение новых кадров, сколько ставит под угрозу сохранение имеющихся. Как самим «выращивать» больше рабочих? Чтобы справиться с дефицитом кадров, на стройки активно зовут совсем юных специалистов, которые только окончили колледж. Нередко застройщики сами участвуют в подготовке будущих сотрудников. В вузах, например, есть целевые программы. Но конкретно с колледжами есть сложности. — Первая проблема, которая очевидна, — это процент перехода. Мы все говорим, что нам не хватает людей, в первую очередь рабочих кадров, но есть парадоксальные, казалось бы, вещи — всего 40% выпускников колледжей идут работать на стройки. Причин много — случайность [при выборе специальности для поступления]. Также большая часть выпускников — это юноши, которые после колледжа идут в армию. За это время у многих меняется понимание происходящего и появляется другое видение будущего, — объясняет ситуацию президент Ностроя. — Но в текущей ситуации встает вопрос: как удержать выпускника? Надо брать его тепленьким, пока он хочет работать. У участников конкурса «Строймастер» мы спрашивали, что нужно сделать, чтобы студент пошел в стройку и не потерялся. Отвечают одно: «Практика должна быть оплачиваемой». Когда он почувствует деньги в кармане, то и интерес к профессии проснется. Всё равно зарплата для молодежи всегда является одним из основных индикаторов, — отмечает Антон Глушков. Еще один момент — разрыв между выпуском и возвращением из армии, когда речь идет о парнях. — Главное, чтобы человек перед армией успел ощутить вкус профессии во всех ее хороших проявлениях, с зарплатой в том числе. Если человек успеет почувствовать себя строителем, причастным к отрасли, тогда шансы, что он по-настоящему вернется после армии, возрастают. Это один из основных вызовов, который у нас есть, — считает эксперт. А вот решать проблему тем, чтобы повышать количество абитуриентов в колледжах, по мнению Антона Глушкова, — это утопия. — Все говорят, что надо поднять контрольные цифры набора. Но зачем, если у нас всего 40% приходит на стройки? То есть 60% молодежи готовится впустую, тратятся бюджетные средства, а в отрасль они потом не идут. Это очень плохо, — говорит президент Ностроя. Привлекать же, как считает эксперт, нужно в том числе потомственных строителей, а для этого — разобраться с баллами для поступлений. — По разным специальностям установлено минимальное ограничение по баллам, и очень часто мы видим несовпадение, когда заинтересованные ребята просто не проходят. Эта проблема есть, и, честно говоря, к моему стыду, мы обнаружили ее чуть менее года назад, — признается Антон Глушков. — Поэтому вопрос минимальной отсечки для поступления нужно правильно просчитать и, наверное, понизить. Потому что так высокими требованиями мы отсекаем часть мотивированной молодежи, — уверен президент Ностроя. И последний момент с колледжами: нужно усиливать базу преподавателей, которая хромает во многих городах. — Есть прекрасный Новгородский колледж, где преподают лучше многих вузов. Но львиная доля колледжей сейчас идет по пути наименьшего сопротивления: кого нашел из преподавателей — того на модуль и поставил, а уж чему он там научит, вообще совершенно не важно, — подчеркивает эксперт. О том, что будет с рынком труда, мы также писали в этом материале.