«Препараты мракобесия»: израильский врач Борис Бриль — о бесполезных, но очень дорогих лекарствах от ковида

Препараты, эффективность которых не доказана при лечении коронавируса, в России можно купить без рецепта и даже без назначения врача по совету друзей. Но стоит ли бить по своему кошельку, если и так чихать на здоровье? Доктор Борис Бриль из Израиля, врач доказательной медицины, рассказал редакции NGS24.RU, есть ли толк в разрекламированных фавипиравирах и арепливирах, а также поделился опытом зарубежных коллег. — Борис, расскажите, какими препаратами сейчас лечат коронавирус в России и в других странах? — В России, как я понимаю, в аптеках и назначениях врачей есть полный набор лекарств. Могут назначить и антибиотики без лейкоцитоза, противовирусные препараты, эффект от которых отсутствует, переливается плазма, хотя этот метод лечения вообще не используется в мире. В России госпитализируют пациентов, которых у нас, в Израиле, в США или в Западной Европе отправляют лечиться домой. Человек не ложится в больницу, если у него нормальная сатурация и нет дыхательной недостаточности. У нас никто не делает КТ, КТ1, КТ2 или КТ3, проценты поражения легких, чтобы человека госпитализировать. В Израиле лечат не на основании КТ, а на основании шкалы NEWS2, и основные препараты — это кроверазжижающие и стероиды (дексаметазон). Никаких новых препаратов специально для коронавируса не существует. — Российские препараты — фавипиравир, ремдесивир, умифеновир, гидроксихлорохин и интерферон альфа, как и некоторые зарубежные, не имеют доказанной эффективности. Эффективность фавипиравира, например, не смогли подтвердить даже в Японии, где он был разработан. Есть ли смысл в этом лечении? — Это препараты, которые доказали свою неэффективность. Фавипиравир появился в 2002 году, его использовали для лечения гриппа, но он не просто бесполезный, но и опасный — способен нарушать эмбриональное развитие, токсичен при беременности и планировании беременности. Есть и побочные эффекты — накопление мочевой кислоты в крови. Причину, по которой его назначают, я бы искал в финансовой заинтересованности того, кто его продвигает. Он не применяется нигде в мире. Во многих больницах дается и «Арбидол», и «Гриппферон», и другие эти препараты мракобесия. Против вирусов сейчас нет лекарств. Если я в Израиле начну рекомендовать фероны, меня посадят в тюрьму. В России врачи выписывают, а люди скупают. Некоторые говорят: «я пил "Арбидол" и выздоровел», но если бы вы его не пили, вы бы тоже выздоровели. Люди вообще имеют свойство выздоравливать. Сами по себе. — Если тот же «Арбидол» не сильно бьет по карману, то препараты, такие как «Арепливир», находятся в более высоком ценовом сегменте — упаковка от 5 тысяч рублей, и люди их покупают, ведь если дорогое, значит, работает. На них тоже нет надежды? — В аптеке эти препараты доступны, но толку от них нет. С таким же успехом можно известку со стены слизывать. Нужно понимать, что в России вообще любые лекарства можно купить в аптеке, кроме наркотиков для онкобольных. Человек может пойти и купить лекарство по совету друзей, потом попадет в больницу из-за бездумного приема. — Можно ли сказать, что лечение препаратами без эффективности приводит к росту смертности? Существуют ли вообще препараты с доказанной эффективностью при лечении коронавируса? — Для начала те препараты, которые продаются в свободном доступе в России, мы говорим о феронах и противовирусных, не доказали даже свою безопасность при коронавирусе. Возможно, они могут повышать и смертность. Никто эти препараты не исследует. Может, неэффективны, а может, еще и вредны. Когда в медицине говорят о том, что препарат неэффективен, его назначать уже нельзя. — Говорят, что единственный препарат, который показал эффективность, — дексаметазон. Действительно есть успехи в лечении коронавируса данным препаратом? — Он не лечит коронавирус, он снимает его последствия. Этот препарат опасен при легкой форме и может привести к летальному исходу. Его назначают пациентам с сатурацией ниже 94, с частотой дыхания выше 27. В тяжелой форме у пациента начинается цитокиновый шторм — состояние, когда иммунитет слишком активен, нарушается целостность тканей, из-за этого происходят тромбозы. Дексаметазон снижает иммунный ответ и облегчает состояние человека. Если этот препарат принимает пациент с легкой формой коронавируса, то его иммунитет снижает активность, а вирус сильнее размножается — пациент заходит в тяжелую стадию заболевания. А мог просто пропить парацетамол, чай и выздороветь. Даже исследования показали, что при применении дексаметазона в легкой форме заболевания коронавирусом люди уходили в тяжелую фазу на 50% больше, чем те, кто не принимал дексаметазон вообще. Это очень тяжелое лекарство. — Работать приходится с тем, что есть. Как-то изменился подход врачей в лечении пациентов с коронавирусом? — С июня 2020 года протоколы не меняются. Появлялся «Ремдесивир», который показал сначала свою эффективность, потом показал свою неэффективность, сейчас он не назначается особо. Кроме этого, ничего пока не менялось. Врачи ищут лекарства, проводят исследования. Часто можно прочитать хайп-новости, как, например с ивермектином было — «Найдено новое лекарство от коронавируса». Он убивает его в пробирке. Хлорка, бензин и керосин тоже убивают его в пробирке, это же не значит, что нужно их пить. Между «показал эффективность в пробирке» и «у больных с коронавирусом» есть очень большая разница. Тот же ивермектин неэффективен, потому что доза, которая убивает вирус, в 200 раз больше токсической. Лекарство от коронавируса пока не нашли, его не существует. — Сейчас уже можно говорить о повторно заболевших коронавирусом, у меня лично есть знакомая, переболевшая уже трижды. Можно ли говорить о хронической форме заболевания? — Хронической формы заболевания у коронавируса нет. Чтобы понимать, почему люди болеют коронавирусом несколько раз, нужно разобраться в природе вирусов. Сам вирус — неживой, чтобы существовать, ему нужно обойти иммунитет. На поверхности вируса есть шип-белок, с помощью которого он распространяется, этот белок. Иммунитет, если не встречался с ним раньше, может пропустить вирус незамеченным, и человек заболевает. Почему важна вакцинация? Вакцинированный человек встречается с уже знакомым вирусом, на который иммунитет реагирует, он передает вирус и заражается в гораздо меньшей степени, заболевание протекает легче. Можно говорить о том, что иммунитет при коронавирусе пока нестабилен, у вашей знакомой упало количество антител. Они не сработали против нового штамма, и против следующего они тоже не сработают. — Заболевших после прививок и в легкой форме, и даже в тяжелой тоже можно встретить в медицинской практике. Некоторые болеют и после второго компонента «Спутника V». Почему это происходит? — Вакцина не работает на 100%, нужно понимать, в какой период заболел человек, после или еще до второго компонента. Инкубационный период до симптоматики — это 12 дней. Говорят, человек пошел вакцинировался, а потом через неделю заболел. Так он заболел до вакцины. Нужно носить специальные средства, стараться оберегаться в период после вакцинации. Почему госпитализируют вакцинированных? — Может, для перестраховки? — В медицине нельзя перестраховываться. Здесь есть очень четкие доказательные параметры, если им не следовать, можно получить катастрофу медицинской системы. Это происходит из-за использования недоказательных фактов. Как только ты уходишь в недоказательную медицину, ты получаешь крах здравоохранения. Только в странах, где нет медицины, говорят: «Сколько врачей — столько мнений». В странах с развитой медициной другой подход — есть четкие доказательные протоколы, которые показали себя на миллионах случаев, на исследованиях. В доказательной медицине мнение любого академика стоит на самом последнем месте. — Среди врачей есть специалисты, которые отговаривают от вакцинации? Какие могут быть основания, чтобы не ставить прививку, помимо медотводов (после перенесенного коронавируса, например)? — Потому что неучи. Прислушиваться нужно только к исследованиям. Единственное прямое противопоказание против вакцинации — аллергическая реакция на компонент вакцины и заболевание в острой фазе. Но это не значит, что сейчас нужно всем проверять аллергические пробы. Количество аллергий на вакцину во много раз меньше, чем аллергий на креветки. Это с тем же успехом нужно перед каждым рестораном стоять и делать аллергические пробы на продукты. Если врач говорит, что перед вакциной нужно сделать проверку на аллергию, то он даже не знает базы аллергологии. Никогда с первого контакта не бывает аллергической реакции. Чтобы была реакция, должна быть повторная встреча с этим компонентом. Также ни одно хроническое заболевание не считается противопоказанием. Наоборот, это показание к прививке, потому что шанс умереть человеку с сердечной недостаточностью, с легочными проблемами, с сахарным диабетом гораздо выше. Вакцина — спасение для людей. — Отдельная категория — беременные женщины. Прививки нельзя, лечить ничем нельзя. Как с ними работают доктора? — А почему нельзя? Им можно и прививку, и лекарства. Существуют препараты, которые абсолютно безопасны для беременных. Это проверено на исследованиях. Тот же «Клексан» дают беременным и давали его до коронавируса, стероиды можно давать в тяжелых формах, есть парацетамол. Существуют сроки беременности, когда одни препараты можно, другие нельзя, есть триместры беременности. Та же «Файзер» или «Модерна» показали свою безопасность для беременных. На данный момент уже есть много вакцинированных беременных и тех, кто родил после вакцинации. Не просто много, это миллионы людей. Вообще сейчас в мире вакцинировано 2,5 миллиарда людей, по крайней мере, одной дозой. Среди такого количества людей появились уже и беременности и дети. Важно понимать, что беременным разрешили вакцинироваться после исследований, а не просто так, и они показали безопасность. — Сейчас специалисты говорят о том, что коронавирус всерьез бьет по молодым людям. Почему это происходит, ведь в первую и вторую волну говорили о большой опасности только для пожилых? — Надо остерегаться и пожилым, и молодым. Вирус становится агрессивнее, он так выживает — обходит клеточный и антительный иммунитет. Чем больше вирус будет распространяться, тем тяжелее он будет для молодых пациентов. — К чему может привести такая эволюция коронавируса? — Вирус может эволюционировать, вырабатывать новые характеристики, например, инкубационный период может стать меньше, не пять дней, а один. Человек встретился и тут же заболел. Что это нам даст? Период окна сократится. Сейчас люди ходят без симптомов, не знают, что болеют, и заражают остальных. Эволюция коронавируса может привести и к большей остроте заболевания, и к учащению смертности. Мы не знаем, к чему приведет такое развитие и когда это может произойти. И даже в этом случае вакцина — победа над пандемией. Чем меньше будет передач и репликаций вируса, тем лучше. Можно посмотреть на примере Израиля. Да, здесь есть сейчас всплеск заболеваемости, но в Израиле уже 5 месяцев всё работает, нет ограничительных мер. Если сравнить с декабрем, когда вакцины не было, то сейчас заболевших в десятки раз меньше. Что касается тяжести заболевания, среди вакцинированных людей до 40 лет тяжелых пациентов нет. Вакцинированный человек заразит в десятки раз меньше людей и количественно, и качественно.