Олег Митяев, народный артист России: «Хочу, чтобы «Светлое прошлое» длилось бесконечно»

Олега Митяева представлять нет нужды. Его песни известны россиянам всех возрастов. Но меняется время и меняется автор. О дне сегодняшнем мы говорили с Олегом Митяевым. Самая большая роскошь – На церемонии челябинской премии «Светлое прошлое» вас часто благодарят за идею. Как относитесь к потокам благодарности? – Мне, честно говоря, неловко, что люди высказывают слова благодарности мне, потому что я сам от проекта «Светлое прошлое» получаю большое удовольствие. Большую работу проделывают организаторы церемонии – работники фонда, им спасибо, но и они признаются, что получают огромное удовольствие от общения с нашими великими земляками. Чем старше ты становишься, тем отчетливее понимаешь, что нет ничего роскошнее человеческого общения. Лично для меня это самая большая роскошь. Поэтому я хочу, чтобы «Светлое прошлое» длилось бесконечно. – Вы сделали попытку создать подобный проект на Среднем Урале, и в Екатеринбурге уже состоялась одна церемония. – Это не было попыткой с нашей стороны. Нас попросили провести церемонию в Екатеринбурге, используя наш челябинский опыт. Мы провели. – Продолжение будет? – Думаю, да. Им понравилось и они хотят сделать проект долгосрочным. Но там в последнее время часто власть меняется, а это всегда привносит некую нестабильность. К тому же, в Екатеринбурге нет такого фонда, как наш. И просто некому этим заниматься. А потрясающих людей, которые достойны такой народной премии, в Свердловской области ничуть не меньше, чем в Челябинской. – В России есть города, которые хотели бы позаимствовать вашу идею? – Есть. В Кемерове пытаются сделать нечто подобное. Мы совсем не против, чтобы нашу инициативу подхватили и развивали. Был даже разговор с центральными телеканалами, чтобы сделать передачу «Светлое прошлое». Правда, их пугает слово «премия» и потому они предлагают изменить формат. Говорили даже о том, что нужно перенести церемонию в Москву, чтобы центральные телеканалы это снимали. Но, как видите, ничего этого пока не случилось. – Вас это не радует? – Напротив, очень радует, потому что мы делаем все это не ради телекамер. В основе этого проекта изначально было общение между земляками, и это замечательно получилось. – Вам важно, чтобы «Светлое прошлое» осталось эксклюзивным проектом? – Я никогда не думал о том, чтобы узаконить какое-то авторское право, чтобы стать родоначальником неповторимого проекта. Это здорово, когда люди получают удовольствие от такого вот общения, и пусть это будет не только на Южном Урале. Как-то мы с Галиной Хомчик вели передачу авторской песни «Давай с тобой поговорим» и я думал, как удобно: я пообщаюсь со многими людьми. Но так как все это было сжато рамками формата, то желаемого общения не получилось. Лучше общаться где-нибудь на даче или в свободном от телекамер полете. Что и происходит в Челябинске. «За мной не заржавеет» – Сегодня в который раз прозвучало предложение, что надо награждать народной премией не только тех, кто уехал, но и тех, кто остался в Челябинской области, работает здесь и живет. Это ваша инициатива или пожелания южноуральцев? – Это наша инициатива. Мы видим, что здесь живут такие же замечательные люди, профессионалы высокой пробы, просто они никуда не уехали. Конечно же, они достойны премии «Светлое прошлое». Думаю, юбилейная десятая церемония – самое подходящее для этого время. Причем, мы пригласим на эту церемонию всех прежних лауреатов и они будут вручать премию своим землякам, работающим в Челябинской области. – Хороший замысел. Как будете выбирать лауреатов из южноуральцев? – Будет работать та же самая комиссия. Народ уже выдвигает будущих лауреатов. И это не только люди искусства, но и технари – инженеры, конструкторы, строители... Только в Миассе сколько таких людей! Я родился и вырос в Чебаркуле, но тогда мы не знали, что в Миассе целый город под землей, и работают там выдающиеся российские ученые! Их нельзя забывать, хотя они не так узнаваемы, как художники, артисты или музыканты. – В Москве часто встречаетесь с земляками? – Довольно часто, потому что мне это интересно. Конечно, дела, работа не позволяют делать такие встречи регулярными. Но замечательно, что наши пути часто пересекаются совершенно случайно. Тем радостнее встречи. – Приходится обращаться с какими-то просьбами к знаменитым землякам? – Земляческая выручка существует. Да, я обращаюсь к ним за помощью. Но делаю это не лично для себя, мне нравится помогать другим землякам, которые ко мне обратились. За мной не заржавеет попросить для кого-то что-то, чем-то помочь другим. И все откликаются, им в радость помочь южноуральцам, челябинцам. – Не так давно вы сочинили куплеты для водевиля, который ставит со своими студентами Владимир Меньшов, и, как говорит известный режиссер, не взяли за это платы. – Да это ведь счастье большое и большая честь – написать куплеты для обладателя «Оскара», для человека, который снял такие замечательные фильмы, для такого потрясающего актера. Главное, что Владимиру Меньшову понравилось то, что я написал. Возможно, этот водевиль он потом перенесет на большую сцену и его увидят зрители, так это же вообще счастье! Какие деньги?! (Смеется). Я бы сам заплатил, чтобы выиграть тендер на написание куплетов для спектакля Владимира Меньшова. «Все на продажу понеслось...» – Часто вам заказывают песни? – Бывают такие заказы. Много их и не надо. Мне они нравятся еще и как повод усадить себя за стол. Сейчас, например, я пишу песню для Волжского пароходства, которому осенью исполнится 180 лет. Изучил историю этого пароходства и сочиняю. – Как относитесь к тому, что вас приглашают выступить на корпоративах или в узком кругу знатных юбиляров, например? – Вполне нормально. Музыканты во все времена выступали на похоронах и свадьбах – такова наша профессия. Я, правда, на похоронах ни разу не выступал. – Сегодня авторская песня уходит из телеэфира, как к этому относитесь? – Не только авторская песня. Удручающая ситуация в эфире вообще, мне кажется. Мощный рычаг телевидения мог бы быть использован в рамках духовного просвещения, а используется только для зарабатывания денег маленькой группой людей. Причем, этим грешат все каналы. Когда мы сняли клип песни Давида Тухманова на стихи Александра Пушкина, выпустив альбом «Да здравствует муза!», я предлагал каналам за деньги разместить этот клип. Не потому просил, что был юбилейный год Пушкина, не потому, что это можно рассматривать как социальную рекламу; мы сразу сказали, что заплатим, только покажите. Но Первый канал сказал, что у них сейчас «Интервидение». И другие все отказались. Ни один канал не захотел показать клип, где играют Вениамин Смехов и другие известные актеры. Клип, снятый лучшим на сегодня клипмейкером. Оказалось, что и Пушкин с Тухмановым никому не нужны. Мы вообще не слышим сегодня с телеэкрана Цветаевой, Пушкина, Пастернака... Есть, правда, на канале «Дождь» такой прием: когда стрелочка часов передвигается и до начала программы остается 20 или 30 секунд, современные поэты читают стихи на этом отрезке времени. Хотя бы так! Ну, Волгин еще ведет передачу «Игра в бисер». Но там не читают стихов, они говорят о них. Раньше Эльдар Рязанов заказывал песни и романсы на стихи великих поэтов для своих фильмов. А теперь никто этого не делает! «Все на продажу понеслось/И что продать, увы, нашлось/В цене все то, что удалось/И спрос не сходит на интриги». Это Визбор написал лет 30 назад... – Но диск-то ваш вышел? – В конце-концов мы его выпустили, в него вставили этот клип, от которого отказались телеканалы, и фильм о съемках этого клипа. – А радио уделяет сегодня внимание авторской песне? – Нет, авторскую песню вытеснили и из радиоэфира. Ужасный шансон всюду. Как обидно. Во-первых, они девальвировали само понятие «шансон», потому что теперь это синоним блатняка. Хотя это прекрасное французское слово и прекрасный жанр в музыке. «Ильменка» неизменна – То есть остаются только фестивали? – Да. Есть традиция Ильменского фестиваля, слава богу. Опять же люди, которые занимаются фестивалем, делают это с огромным удовольствием. Мы с Леной Гришиной вышли из Ильменского фестиваля, это дом наш родной. И здорово, что люди приезжают на фестиваль. Число его поклонников не убывает. Тяга к авторской песне есть, но государственной политики, к сожалению, нет никакой. – Разве у вас нет возможности обратиться к политической элите с этой проблемой? – Вы думаете, я не разговариваю?! Разговариваю. Но даже Владимир Владимирович Путин меня удивил, когда мы с ним разговаривали о духовном наполнении будущей Олимпиады в Сочи, – он вдруг сказал, что не подумал об этом. Хотя, надо отдать ему должное, он дал распоряжение министерству культуры и московским властям о создании Дворца авторской песни. И все же я остаюсь при своем мнении, что Олимпиада – замечательный повод для объявлении творческого конкурса. Можно всколыхнуть композиторов, поэтов, чтобы они написали песни, способные поднять дух спортсменов. Что же мы только про дороги да лыжные трассы говорим? Но никто не подумал об этом. – Что с вашим сочинским фестивалем? – Сегодня, кстати, известный астрофизик Николай Горькавый говорил о том, что все негосударственное более прочное. Да, к сожалению, это так. Наш фестиваль «Лето – это маленькая жизнь» сначала включили в олимпийскую программу, попросили назвать сумму, которая нужна для проведения фестиваля. Мы все посчитали, назвали сумму. Ее урезали в два раза, сказав, что больше не могут дать. При этом потребовали, чтобы других спонсоров мы не привлекали. Ладно, мы согласились. Потом сумму сократили еще в два раза и сказали, что деньги поступят после проведения фестиваля. Это Олимпийский комитет, который сам нас попросил войти в программу... Мы отказались от покровительства Олимпийского комитета и обратились к другим спонсорам. – Что нового ждать на будущем Ильменском фестивале? – Сегодня много говорили о том, как быстро меняется Челябинск. У меня это всегда вызывает ностальгию страшную. Мы иногда с друзьями произносим тост за остановку технического прогресса. (Смеется). Потому что все несется так быстро... Знаете, я недавно увидел в Ленинском районе магазин «Ручеек» – вы не представляете, как я обрадовался, что он все еще на месте! Это было счастье! Каким красивым был Ленинский район в годы моей юности: оранжерея на берегу озера Смолино, рядом дворец культуры, тут же дворец спорта... А сейчас всюду видишь шиномонтажки какие-то, тут прилепили-пристроили, там – хаос какой-то... – Это вы к тому, что ничего не хотите менять на Ильменке? – (Смеется). Да. Традиции – большое дело. Если есть конкурс туристят, есть «Детская республика», есть дуэты, квартеты, пусть все это и будет. Единственная новость на сегодняшний день, как сказал великий поэт, – это талант. Пусть авторы привозят новые песни, пусть звучат новые стихи. Вот это радость!