Заморский кайф

Я считаю: если человек не пьет, значит, он имеет какие-то скрытые и более тяжелые пороки. Я журналист, и это – часть моей профессии, ибо, как сказал Сомерсет Моэм, «трезвость мешает беседе!» Я уже давно не привожу из заграничных командировок сувениры. Я коллекционирую не вещи, а впечатления. Самые яркие них я почерпнул в барах, ресторанах и винных погребках. И убедился – истина в вине, а так же в водке, коньяке, виски, текиле и проч. и так далее. Что и как пьют в «заморских» странах? Например, в Израиле, в Шотландии и Испании… В подвалах барона Ротшильда Израиль – страна маленькая, но многоликая. Здесь говорят: «Иерусалим молится, Хайфа работает, Тель-Авив танцует!» И, действительно, как только мягкий фиолетовый сумрак окутывает Холм Весны (так переводится с иврита название этого города), на улицах появляются толпы веселых людей. В Тель-Авиве танцуют много, а пьют – в меру. Жизнь религиозного еврея расписана по правилам. В иудаизме таких правил (заповедей) более 600. Некоторые из них строго регламентируют изготовление алкоголя. Например, при очистке крепких напитков запрещается использовать компоненты животного происхождения – яичный желток, желатин или что-то еще другое. (Так что правильные еврейские пацаны нашу «Посольскую» водку, которая очищается молоком, пить не станут – это не кошерно!) Запрещено пускать в дело виноград каждого четвертого года урожая. И так далее и тому подобное – нам эти странности не понять. Пьют евреи в основном в шабат – по субботам (эх, нам бы каждую субботу иметь законный праздник!). Кошерная водка по запаху напоминает нашу анисовку – пахнет аптекой. Собираются религиозные евреи – хасиды в отелях, радуются, пьют и поют песни, начиная мычать на втором-третьем куплете – полностью слова песен, как и у нас, знают не все. Среди известных евреев было немало финансистов, ученых, музыкантов, а вот великий винодел был только один. В XIX веке в семье баронов Ротшильдов появился отпрыск, который, в отличие от отца и старших братьев, проявил поразительное равнодушие к банковскому делу. Эдмонд Джеймс де Ротшильд прославился как эстет, собирающий коллекцию живописи и скульптуры. В 1882 году 37-летний барон вдруг проявил интерес к исторической родине и стал скупать земли возле горной гряды Кармель. В то время эти земли принадлежали туркам. Османы драли с барона семь шкур, но Эдмонд, как говорится, за ценой не постоял. На склонах горы стали выращивать виноград, давить вино и сколачивать бочки. Таким образом, местная еврейская община получила достойную работу. А барон вошел в историю: винные подвалы, заложенные Эдмондом, по сей день считаются крупнейшими не только в Израиле, но и на всем Ближнем Востоке. В Израиле мне посчастливилось побывать в винном подвале барона Ротшильда… «Ты можешь себе представить, что я (дама ткнула себя пальчиком в район роскошного бюста) смогу танцевать на столе?» Я всякое видел, но чтобы эта женщина, советник президента республики, отплясывала так, что были видны трусики… В подвале душно и сыро. Каменные стены покрыты каплями влаги. Под потолком висят огромные, толще пожарных рукавов, шланги, по которым качают вино. Шланги пульсируют, как огромные артерии. Кажется, что где-то там, наверху, сидят Гаргантюа и Пантагрюэль и жадно сосут божественную влагу Кармеля. Вино подают в стеклянных кувшинах – белое и красное. Вино легкое и пьется одним глотком. Гости сидят на крепких, широких лавках за мощными столами. Здесь все продумано. Публику разогревает гитарист, который поет что-то до боли знакомое. Да это же наше, русское – «Ямщик, не гони лошадей…», «Поедем, красотка, кататься…», переведенное на иврит. Через пару часов гости танцуют на лавках, затем перебираются на столы. Среди танцующих вижу мужчин, которые вооружены огромными, типа нашего Стечкина, пистолетами. «Полицейская академия гуляет, – поясняет мне гид, – у них сегодня очередной выпуск!» Наши мужчины стараются отстоять территорию своего стола: они пришли выпивать, и им не до танцев. Мы ведем переговоры с метрдотелем через гида. Метрдотель, улыбаясь, что-то любезно отвечает. «Он говорит, – мягко переводит сказанное гид Иосиф, – что для алкашей накрыто в другом зале. А сейчас – танцы!» Марками выпитого вина мы не интересовались. Позже, в пятизвездочном отеле, кажется, это был International, я попробовал знаменитое вино Ротшильда. Но это уже был другой барон – Филипп. «Premier je suis, second je fus, Mouton ne chande!» – «Первым стал, вторым был, Мутон не меняется!» Этот девиз придумал барон Филипп де Ротшильд после того, как в 1973 году вино Chateau Mouton Rotschild было удостоено Первого Гран Крю класса. Филипп Ротшильд посвятил жизнь «воспитанию всех вин». Он создал в Париже Музей Вина и Искусства. Этикетки для вин барон заказывал у Пикассо, Миро, Шагала, Кандинского. Филипп Ротшильд приумножил славу бордосских вин и перенес французские технологии в Чили. Как и Эдмонт, он купил виноградники в другой стране, где создал настоящие шедевры – «Opus one», «Almaviva» и многие другие. Так, благодаря Ротшильдам мы имеем возможность ощутить новый вкус жизни… А нам – по «барабану»! Шотландцы выпивают в год по 46 бутылок крепких спиртных напитков в расчете на душу населения. И это вызывает уважение! Англичане пьют примерно в полтора раза меньше, и это вполне объяснимо – ведь они живут южнее! В Шотландии климат более суров, холодный ветер задувает под килт (а настоящий шотландский парень никогда не носит под юбкой трусов!), так что волей-неволей приходится согреваться! Мы пьем скотч с господином Стюартом МакРеем, региональным директором The Edrington Grou – компании, которая занимается производством виски The Macallan. Стюарт в своем кругу очень уважаемый человек – он член престижной организации – Общества Хранителей Чаши (Keeper Quaich). Так что пить с ним одно удовольствие! Мы делаем семь сетов, начиная пробовать виски, начиная с 12-летней, и заканчивая напитком 30-летней выдержки (каждый раз возраст виски стареет на три года). Виски пьют из особых бокалов, которые называются Drum, что означает «барабан». Мы наливаем по порции The Macallan в свои «барабаны», и МакРей дает интервью, что называется, не отрываясь от работы… – Стюарт, с какой целью в виски добавляют лед и воду? – Дорогие напитки (The Macallаn – мировой лидер аукционов по стоимости за одну бутылку – 25 150 фунтов – Прим. авт.) пьют не для того, чтобы дойти до определенного состояния, а ради наслаждения. Вода позволяет более полно раскрыть букет виски. В Шотландии, правда, воду или сок в бокал с виски, как правило, добавляют молодые люди… – А суровые шотландские мужчины старшего поколения… – Предпочитают виски в чистом виде. Мой папа, например, выпивает вот такой бокал (показывает Drum граммов на 200 – Прим. авт.), а «сверху» добавляет литр пива. У вас это называется «ерш». – Вот это по-русски! А как принято дегустировать виски? – При дегустации его принято… как бы это сказать? А, сплевывать. Мы, шотландцы, народ прижимистый, и говорим про себя, что у нас короткие руки, зато длинные карманы. Зачем даром переводить напиток? Поэтому первый глоток при дегустации виски идет в… желудок. Я, конечно, шучу – это делают не по причине скупости. Первое ощущение вкуса – самое яркое, так что не стоит от него отказываться… Вино принято рассматривать на цвет. Для виски это не имеет значения, хотя, чем старее напиток, тем он темнее. Правда, производители дешевых напитков стараются искусственно состарить виски, добавляя в них, например, карамель. – На что следует обратить внимание? – Повертите бокал в руках – на стенке останется маслянистый ободок. С него в бокал будут стекать «слезки». Чем жирнее ободок, чем дольше «слезки» будут держаться на стенках – тем качественнее выбранный вами напиток. Начнем с виски 12-летней выдержки. Ну как? – Впечатляет. – Да, вот еще одно отличие культуры употребления виски от вина: в ресторане вино подбирают к мясу или рыбе, но если вы выбрали виски, то повар, наоборот, составит меню под него и конкретно – под определенный сорт этого напитка. – Несколько слов о бренде The Macallan… – Односолодовый виски ведет историю с 1700 года – с момента основания родового дома The Macallan – Easter Elchies House. Легендарный владелец винокурни Родерик Кемп поднял производство виски на недосягаемую высоту. И сегодня превосходный солод сушат в печах, которые топятся древесным углем, а родниковая вода берется из собственных источников. Основной секрет The Macallan кроется в непревзойденном мастерстве вискимейкера Боба Долгарно и мастера по древесине Джорджа Эспи. Превосходство The Macallan в равной степени относится к виски из коллекции Fine Oak с освежающими, мягкими фруктовыми оттенками, и виски из коллекции Sherry Oak с насыщенным и пряным букетом шоколада и апельсина, и к неповторимым напиткам из винтажной коллекции Fine Rare… – Стюарт, сколько вы можете выпить? – О, это вызов? Давайте повторим все с начала. Дальше я ничего не помню… Каталонцы пьют из горла! На ранчо, где разводят горячих испанских жеребцов, я впервые увидел, как пьют каталонцы – жители испанской провинции Барселона. Девушки принесли нам стеклянные кувшины с длинными носиками. Кувшины напоминали масленки, с помощью которых смазывают механизмы в труднодоступных местах. Нам показали, как пить: кувшин с вином надо поднять над головой и поймать ртом падающую вниз струю вина. Оказалось, что в этом деле требуется определенная сноровка: новички с непривычки залили вино за воротники рубашек. Что касается каталонцев, то они в этом деле настоящие виртуозы. В небольшом городке Мальград-де-Мар пьют очень красиво. Дворик соседнего дома с балкона отеля просматривался, как на ладошке, и я не раз наблюдал, как, откушав жареных колбасок в остром соусе (местное фирменное блюдо), мужчины заливали жар в желудках прохладной струей «Сангрии» – ни капли мимо! Каталонские мужики сидели за столиком «по-нашему» – в семейных трусах, но пили вино с достоинством испанских грандов! Вино в Испании дешево – литр «Сангрии» можно купить за один евро, но такое лучше не пробовать, лучше купить за два. В жару лучше пить легкие сухие вина, но испанцы, как мне показалось, больше прикалываются по портвейнам и хересам. Мне, как любителю сухих красных вин, порекомендовали «Рьоху». Это вино не дешевое, но оно стоит того, что стоит. В баре или ресторане вы можете заказать бутылку, отпить из нее только часть и вернуть бармену. На бутылку повесят бирку с вашей фамилией или номером комнаты отеля. Допить ее вы можете в любое удобное для вас время. Я посетил винный погребок неподалеку от родины Сальвадора Дали – города Фигереса. Перед входом в погребок каждому из нас приклеили на липучке номер на майку. «Сеньоры, – сказал гид, – не обижайтесь, но буквально через 20 минут некоторые из вас не будут помнить ни номера автобуса, на котором вы приехали, ни страны, в которой вы живете. Вы не будете помнить, как зовут вашу маму, поверьте мне на слово!» И он был прав! Каждому туристу выдали пластиковый стаканчик величиной с наперсток. Казалось бы, из такой посуды упиться невозможно, но… в погребке стояло примерно 40 бочек – портвейны, хересы, мальвазия, сухие вина. Мы прошли только часть дистанции. Попробовав вино, можно было вылить остатки в горшок, который стоял возле бочки. Некоторые иностранцы так и делали, но не мы: разве может русский человек портить добро? За полчаса мы, действительно, прилично нарезались, хотя параллельно с дегустацией вин нам предлагали попробовать несколько сортов испанских сыров и колбас. В погребке можно было купить понравившееся вино, его разливали в пластиковые бутылки. Два литра вина, привезенные из Каталонии, стояли дома недолго. Мы с друзьями быстро «приговорили» бутылку. Первый тост: «За Барселону!» Очень красивый, я вам скажу, город. Я это еще помню...