Чем обернутся атаки на НПЗ и как преодолеть топливный кризис — разбор от экспертов

Проблемы с бензином в России наблюдаются во всех регионах: от Краснодара до Санкт-Петербурга, от Москвы до Камчатки. Дефицит топлива совпал по времени с атаками беспилотников на нефтезаводы и базы хранения топлива. Сначала БПЛА сбивали над предприятиями Европейской части страны, а 6 июля дроны ударили по самому крупному в стране Омскому нефтезаводу, который до сей поры считался тыловым.

NGS55.RU узнал у представителей топливного рынка, экспертов и основных потребителей: чего ждать в ближайшее время, как атаки отразятся на запасах бензина и дизеля и чем обернется ситуация для самых чувствительных сфер экономики.

Регулярные атаки ВСУ на НПЗ начались весной текущего года. В мае БПЛА повредили крупнейший НПЗ Ленинградской области «Киришинефтеоргсинтез». 5 мая информацию об этом подтвердил губернатор Ленинградской области Александр Дрозденко. Согласно открытым данным, мощность этого предприятия — 21 миллион тонн нефти в год, или порядка 9% всей российской переработки.

Еще одним крупным НПЗ, подвергшимся атакам БПЛА, стал Московский нефтезавод «Газпром нефти», расположенный в Капотне. В середине июня там произошло возгорание после падения обломков БПЛА. Об этом своем телеграм-канале написал мэр столицы Сергей Собянин. По официальным данным «Газпром нефти», объем переработки в год на московском нефтезаводе — 12 миллионов тонн.

После пожара на НПЗ в Капотне основная нагрузка легла на крупнейшее предприятие «Газпром нефти» — Омский НПЗ с объемом переработки сырья 22 миллиона тонн в год (10% всей российской нефти).

Произошедшая 6 июля атака Омского НПЗ скажется на рынке топлива всей России, уверена эксперт, замдиректора энергетической компании «Гэйнфул» Анастасия Бунина.

«После атак на Московский НПЗ Омский нефтезавод был взаимозаменяемым для поставок „Газпром нефти“. Соответственно, для Сибири это серьезный завод. Поэтому сложности с поставками бензина, конечно, будут. Омская область еще ощутит последствия этих атак. Непонятно, сколько времени потребуется на ликвидацию последствий».

На три нефтезавода — Омский, Московский и «Киришинефтеоргсинтез» приходится четверть всей переработки сырья в стране. Но повреждения в результате вражеских атак получили и другие предприятия нефтехимии.

В конце апреля-начале мая беспилотники повредили Туапсинский НПЗ (12 миллионов тонн в год). После этого нефть попала в Черное море, сообщал 93.RU.

В конце июня обломки дронов вызвали пожар на территории НПЗ в городе Славянск-на -Кубани (5 миллионов тонн в год). Информацию об этом подтвердил губернатор Краснодарского края Вениамин Кондратьев.

6 июля беспилотники атаковали Ярославский НПЗ (15 миллионов тонн в год). Информацию об этом в своем канале в мессенджере «Макс» подтвердил губернатор Ярославской области Михаил Евраев. Правда, о характере повреждений предприятия глава региона не рассказал.

Помимо НПЗ дроны попадали и в нефтебазы. В ночь на 9 июля БПЛА атаковали Тверскую нефтебазу, сообщал в своем телеграм-канале губернатор Виталий Королев.

10 июля российские власти официально признали дефицит топлива и очереди на заправках.

На фоне происходящего в конце мая — начале июня во многих регионах возник дефицит топлива, на АЗС образовались очереди. Первыми проблемы почувствовали жители Крыма, где бензин на заправках закончился в конце мая. Видео с километровыми очередями на АЗС облетели соцсети.

Затем топливный кризис катком пошел по стране: то в одном, то в другом регионе закрывались заправки. В Москве проблемы возникли после атаки на НПЗ в Капотне 17–18 июня, в соседних регионах тоже образовались очереди на АЗС. А власти Новосибирской области рекомендовали перевести сотрудников на удаленку из-за топливного кризиса.

В регионах начали вводить ограничения на заправку. Где-то введены лимиты (15–40 литров), где-то нельзя заправляться в канистры, в других купить бензин можно по номерам машин в четные/нечетные дни.

Но даже по лимитам топливо быстро заканчивалось на АЗС. Прежде всего на локальных сетевых АЗС, которые не имеют собственного производства, а закупают его на стороне. Отгрузки с нефтезаводов им или ограничили, или прекратили вовсе.

В Омске с перебоями в поставках топлива столкнулись местные сети «Топлайн», «Юнигаз», а на АЗС локальной сети «Транссиб» бензин продавали по часам. Где-то отсутствие топлива связывали с «перебоями на нефтебазе», на других АЗС не могли внятно дать ответ. Простых автолюбителей теперь заправляют по остаточному принципу.

«Минэнерго постоянно проводит штабы, где решают, как оптимально распределить топливо. Поставки идут с перебоями, не в том объеме, что прежде. Что касается нашей работы, то мы в первую очередь обеспечиваем госконтракты, социально значимые предприятия, закрываем потребности фермеров в том числе. Что остается — отпускаем населению», — рассказал NGS55.RU Павел, владелец локальной АЗС «Транссиб».

Перспективы небольших частных автозаправочных станций в сложившихся условиях пока неопределенны. Хотя такие АЗС имеют большую социальную значимость.

Чтобы выжить, частные заправки сейчас торгуют топливом по цене в два раза выше, чем на крупных сетевых заправках, и делают это вынужденно.

«В Московском регионе АЗС много, и сейчас можно увидеть такую картину, когда на сетевой АЗС есть очередь и бензин продают по прежним ценам. На соседней не сетевой АЗС он стоит в два раза дороже, и очередей нет. И это не потому, что владельцы заправок хотят нажиться. Дело в том, что топливо несетевые станции покупают оптом, где цена выросла в разы. Простаивать без работы им тоже невыгодно», — объяснил Игорь Юшков.

В условиях топливного дефицита власти разрешили производство в стране низкокачественного топлива марки «Евро-3» с повышенным содержанием серы и других вредных веществ, что приводит к дополнительному износу двигателя. На низкокачественную солярку предлагают перейти и аграриям. Последние вынужденно соглашаются, потому что другого выхода из ситуации нет.

«Работаем на низкокачественной солярке, гробим импортные трактора. Солярки „Евро-5“ нет, низкокачественная „Евро-3“ продается по 130 рублей за литр — в два раза дороже, чем в прошлом году. Перспективы никакой не видно. Доедаем старые запасы, и непонятно, что дальше будет. Будем мы землю пахать или забросим — одному Богу известно. Никому дела до нас нет. Одна болтовня», — подчеркнул фермер из Ростовской области Алексей Жданов.

Из-за дефицита солярки аграрии планируют свести к минимум технологические операции, что может привести к сокращению урожая — как текущего года, так и следующего.

«Запасов топлива значимых нет ни у кого. Когда начнется уборочная страда, то тогда будет достаточно серьезная ситуация. Наша псковская нефтебаза не располагает бензовозами. Заказать топливо можно, а на чем везти, непонятно. Надо самим искать транспорт, заказывать топливо через Минсельхоз. Оплатить нужно сразу всё, но не у всех есть деньги, чтобы отдать такие суммы», — говорит фермер из Гдовского района Псковской области Александр Конашенков.

Аграрий добавил, что впервые солярка на АЗС продается дешевле, чем у оптовиков. Но на там много не заправишь — действуют топливные ограничения.

Сложившаяся ситуация напрямую может повлиять на продовольственную безопасность страны. В крупнейшем животноводческом регионе Сибири — Новосибирской области под угрозой оказалась заготовка кормов. Если их не будет, фермеры осенью сдадут молочный скот — кормить его будет нечем. Соответственно, будет меньше произведено молока.

Во время топливного кризиса под удар попали прежде всего мелкие аграрии — те, которые работали по договорам с трейдерами. Последним переработчики просто перестали отпускать солярку.

«Трейдерам, с которым работаем по договорам, не отпускают топливо на нефтезаводе. Солярки нет, технику заправлять нечем», — говорит директор омского овощеводческого предприятия «Восход» Юрий Епанчинцев.

Чтобы урожай не остался в поле, а скот без кормов, аграриям нужно срочно заключить прямые договора с крупными поставщиками. Только так можно получить топливо. Это решение приняли в омском Минсельхозе.

«В Минсельхозе прошло совещание, где нам предложили такую схему: заключать прямые договора с поставщиком по предоплате, и заранее до 10 числа каждого месяца подавать заявки на следующий месяц. Так „Газпром нефть“ будет точно знать наши потребности и сколько нам нужно поставить солярки», — подчеркнул руководитель регионального отделения «Народного фермера» Максим Левшунов.

Мелкие КФХ смогут брать солярку прямо на заправках — для этого им тоже нужно будет заключить договор, оформить заявки через Минсельхоз и заправляться на АЗС без лимитов, утвержденных в регионе.

«С колес» заправляют транспорт и другие крупные потребители — перевозчики. По словам руководителя «Омского транспортного союза» Николая Артемьева, автобусы ездят между заправками в поисках топлива.

«Есть проблемы с топливом на частных сетевых АЗС, и не на всех заправках „Газпрома“ тоже есть бензин, приходится с одной АЗС на другую переезжать. Где-то стараемся сформировать запас. Есть бензовозы, чтобы использовать их как емкости временного хранения. На случай, если топлива совсем не будет».

Но пока перевозчики относительно легко переживают кризис благодаря тому, что большая часть автобусов работает на газе — природном или автомобильном.

Спрос на установку газового оборудования на автомобили в регионах Сибири после последних событий вырос в разы. Об этом сообщил руководитель сети омских автоцентров «Реактор», президент Омского союза предпринимателей Илья Николин.

«Все бросились переводить машины на газ как на альтернативное топливо. В моменте газовое оборудование для авто подорожало на 30%, возник его дефицит. Как альтернатива отсутствию бензина перевод машины на газ — это да. Спасение ли это от всех проблем — сложно сказать».

По словам эксперта, из плюсов перевода авто на газ — увеличение хода, альтернатива бензину, если нет заправок, экономия на топливе. И пока проблем с газом для машин, в отличие от бензина, нет. Но автолюбителям всегда нужно помнить нюансы.

«Безусловно, оборудование занимает место, баллон „съедает“ место в багажнике. Перевод машин на газ нужно регистрировать в ГИБДД, и уже появились фирмы, которые за плату помогают оформить документы. Установить оборудование не каждый механик сможет, потому что там нужно соблюсти все нюансы безопасности. Газ легкоиспаряем, легко загорается. Не дай бог утечка, и могут быть серьезные последствия. Такие случаи бывают. И зимой всё равно машину нужно заводить на бензине, завести ее на газе в мороз крайне затруднительно», — уточнил автоэксперт.

Что будет дальше — непонятно. Но владельцы АЗС настроены на позитив и ждут улучшения ситуации.

«Тот спрос на бензин, что мы видим, он ажиотажный, искусственный, временный. Прогноз такой, что всё наладится, закрываться точно не будем», — заявил владелец сети «Транссиб».

Способы решения проблемы предлагаются разные. На состоявшемся 8 июля совещании президента с правительством прозвучала идея строительства в стране мелких НПЗ, которые будут производить бензин. Такая мера называлась как одна из основных для преодоления кризиса. Эксперты считают идею здравой, хотя и трудновыполнимой.

«Создание малых НПЗ займет время, здесь и сейчас это не разрешит кризис, но направление в целом верное. Нам нужны не только мини-НПЗ, но и крупные — на Дальнем Востоке, в европейской части России. Особенно ориентированные на бензин. Наши НПЗ, построенные в СССР, были ориентированы на дизель для нужд армии, сельского хозяйства и общественного транспорта. Бензина производили немного», — напомнил ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков.

По словам эксперта, в существующей структуре энергетики страны нет гибкости: нефтяные компании сами добывают, сами перерабатывают, и они же продают топливо. «Втиснуться» в эту схему предприятию «со стороны» нет возможности. А если бы рынок был высоко конкурентным, то топливный кризис проходил не столь остро.

«Надо подстегивать развитие добычи. Чтобы нефть поставлялась независимым НПЗ, а они продавали топливо через биржу. Нужно предпринимать инициативы по развитию малых нефтяных компаний, диверсифицировать переработку», — резюмировал Игорь Юшков.

Пока же эксперт призвал дождаться спада ажиотажа, а также понимания того, что у нас происходит с НПЗ. В ближайшее время должен проявиться эффект от принимаемых правительством мер запрета на экспорт топлива, оптимизации логистики и импорта бензина из других стран.