В новом фильме Юрий Дудь рассказал о пытках в Краснодарском крае

Накануне журналист Юрий Дудь выложил на своем ютьюб-канале фильм «Почему в России пытают». Главной причиной создания картины общим хронометражем 2 часа 20 минут, по словам Дудя, стал недавно опубликованный видеоархив, снятый в учреждениях ФСИН: на шокирующих кадрах заключенных избивают, пытают и подвергают насилию. В новой работе Юрий Дудь поговорил не только с жертвами пыток, но и с представителями организаций, которые с ними борются. Часть фильма была посвящена пыткам в Краснодарском крае. 93.RU пересказывает самое важное из этого фрагмента. По словам собеседника Юрия Дудя Сергея Романова, руководящего краснодарским отделением Комитета против пыток, основные черты применения пыток на Кубани — это жесткость, жестокость и циничность. — У нас есть районы, где приходят три-четыре-пять заявителей и приходит шестой. Я говорю: «А дальше можно я расскажу, как всё происходило?» И я на основе объяснений пяти предыдущих просто человеку воспроизвел, как его пытали. Завели в кабинет, повалили на пол, завели руки за спину, поставили стул между рук и начали избивать. Около 15 минут фильма Дудь посвятил так называемому «анапскому делу» — в 2015 году четырех жителей Анапы пытали в отделе полиции, чтобы заставить их сознаться в разбойном нападении. Их избивали и пытали электричеством, подключая клеммы к различным частям тела, а одного из задержанных изнасиловали. — По данному факту очень долго проводилась проверка, было вынесено 11 постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела. После этого уголовное дело всё-таки возбудили, вынесли постановление о приостановлении, четыре постановления о прекращении уголовного дела, сейчас есть пятое постановление о прекращении уголовного дела, которое до сих пор не отменено, — рассказал юрист Комитета против пыток Сергей Бабинец. — Сейчас мои коллеги пытаются обжаловать это в кассационном порядке. Говорят, что перспектив очень мало и это дело, скорее всего, будет направлено в Европейский суд по правам человека. — Они еще до того, как у меня противогаз меняли, у них еще алкоголя запах стоял прямо в кабинете, — вспоминает события, происходившие несколько лет назад, один из задержанных Артем Пономарчук. — Потом я понял, что они вообще озверели. Они начали с меня снимать штаны с трусами. Один говорит: «Доставай». Я так и не понял, что доставать. Потом уже понял. Говорит: «Обмотай палку скотчем, смажь ее, чтобы ему ничего не порвали». И после этого мне запихнули палку в анальное отверстие. Мама Артема Пономарчука показала фотографии рук сына со следами от наручников, к которым, судя по всему, подключали электрический ток. На фото видны следы от прикладывания электроклемм к пояснице. Эти кадры — часть документального фильма «Крайний Юг», который Комитет против пыток выпустил еще два года назад. На тех кадрах Артем вспоминает, что в итоге с него сняли наручники и двое сотрудников продиктовали ему явку с повинной и два объяснения о том, что телесные повреждения он получил, падая в кусты. Правозащитная организация «Комитет против пыток» (КПП) работает в России более 20 лет, расследуя случаи применения насилия сотрудниками правоохранительных органов. За время своей работы правозащитники установили свыше 200 таких случаев.В 2015 году Минюст включил КПП в реестр НКО-иноагентов, после чего организация самоликвидировалась и стала заниматься той же деятельностью без образования юрлица. В ходе документального исследования Юрия Дудя юрист Сергей Бабинец объяснил, почему обычно не заводят дела против силовиков, которые превышают полномочия. — Нет состава преступления. То есть действия были законными, обоснованными. Никто их не пытал, не избивал, и это попытка уйти от уголовного преследования. Это стандартная терминология. Меня пытали. Да ты просто хочешь, чтобы тебя никто не посадил. Но вот у меня телесные повреждения! А ты там расчесал, бился о корни деревьев, еще что-нибудь в таком духе выдумывают. У нас в Марий Эл было дело, где следователь написал, что человек был задержан сотрудниками полиции, и, когда его задерживали, он упал и ударился о дубинку, которая висела на поясе у сотрудника полиции. И у него от этого осталась отметина от дубинки. По словам юриста, четверо анапчан с 2015 года находятся под разными мерами пресечения. Почти два года один из фигурантов находился в следственном изоляторе, потом под домашним арестом. Сейчас трое находятся под подпиской о невыезде. Сам Артем Пономарчук рассказал Юрию Дудю, что на протяжении последних шести лет не может выезжать за пределы Краснодарского края. Кроме того, после задержания и пыток у него начались проблемы со здоровьем. — Пока я сидел под домашним арестом, я заработал себе сахарный диабет от нервов. Год где-то я ходил к психологу, с ним общался. Ну и сейчас уже полтора года я сижу на антидепрессантах. Артем честно рассказал журналисту о причинах, которые заставили его открыто говорить о пережитом насилии: — Я понял одну вещь: пока человек молчит, ничего не изменится. Пока ты этого не скажешь, тебя и не услышат, тебе не поверят. Парень считает, что расследование его дела затягивается специально. И шанс на справедливость у него есть, только если делом заинтересуется московское начальство анапских силовиков и организует проверку. — У меня сейчас идет суд — раз в месяц одно заседание. Чтобы срок следствия этого дела прошел, нужно 9 или 10 лет. Если этот срок выйдет, никому ничего не будет. Все выйдут чистыми из воды. Как будто с нами ничего и не происходило. По словам Сергея Романова, сотрудникам Комитета против пыток тяжело работать из года год, иметь доказательства, но не видеть плодов своей работы в виде возбужденных дел и наказанных виновных. — Я работал в Нижнем Новгороде, где при тех доказательствах, что у нас есть на Кубани, у нас бы уже как минимум пять сотрудников полиции отправились бы за решетку. На Кубани это сделать гораздо тяжелей. Причины, по словам Романова, это не только кумовство, но и тесные связи сотрудников полиции, Следственного комитета и прокуратуры. — Простой пример: мы сидим на очной ставке, следователь что-то печатает, тут же сидит сотрудник полиции. Заканчивается очная ставка, и они начинают обсуждать какие-то свои рабочие моменты. То есть понятно, что следователь не будет заинтересован привлечь этого сотрудника. Если он будет нажимать и привлекать его к уголовной ответственности, то этот опер скажет, что я работаю в поле, я несу тебе информацию, я привожу тебе свидетелей. Я не буду работать. На Кубани Комитет против пыток работает на постоянной основе с мая 2017 года. За это время правозащитники получили 100 жалоб на пытки и другие виды жестокого обращения. По 20 случаям юристы организации провели общественное расследование и нашли факты нарушения прав человека. Эти дела легли в основу исследования, представленного организацией 6 декабря. Портал 93.RU подробно изучил этот доклад КПП, посвященный тому, как пытают людей на Кубани.