Материтесь на здоровье

С 1 июля запретили использование мата в СМИ, но, к счастью, запрет не коснулся мата в автомобиле. Я не представляю, как можно ездить без матюгов. То есть представляю, но с кляпом во рту неудобно. За рулем, бывает, матерятся интеллигентнейшие люди, да я и сам, признаться, грешен, хотя при моей внешности это странно. Тем интереснее разобраться, почему автомобиль является провокатором грязнословия. Машину водить – не на заводе вкалывать, списать мат на профессиональный жаргон не выйдет. Моя теория такая. Вождение в России – регулярное испытание нервной системы на прочность. У кого она попрочнее и позаторможенней, тот в выигрышном положении. Людям с подвижной психикой сложнее. И хотя все мы, вроде бы, адекватные люди и прекрасно знаем правило трех Д и кучу других премудростей, вспышки агрессии случаются. Девять раз смолчишь, на десятый да под плохое настроение предохранитель слетает. Иногда это идет вразрез с общим стереотипом поведения, но ведь вождение для многих – это чуть ли не самое экстремальное занятие в жизни. Плюс жара, спешка, голод – отличные катализаторы агрессии. Мат и ругань, особенно не дошедшие до адресата – отличный антистрессовый препарат. Будь возможность запретить их – я бы не стал. Материтесь от души, если вам помогает. Лучше, чем стрелять друг в друга. Представим, что в стрессовой ситуации в нас рождается клубок отрицательной энергии. Наверное, его можно даже измерить в каких-нибудь условных джоулях. Эта энергия рвет изнутри, требует выхода на деле или на словах. Она рождает сильную мотивацию что-то изменить. Слова не так убийственны, как дела (например подрезать хама в ответ), но табуированная лексика – это не просто слова, это фотоны с увеличенным квантом энергии. Запрещайте, запрещайте – тем действеннее будет каждое словечко. В энергетическом плане полутюремные выражения почти эквивалентны ответному действию, только лучше поглощаются шумоизоляцией. Ответная агрессия – мимолетная химическая вспышка. В трезвом уме мы бы не сигналили истерично и не устраивали битву за полосы. Но в момент, когда содержание какой-то дряни у нас в крови повышено, мы рейтингуем обидчика ниже Гитлера и считаем, что только смерть, долгая и мучительная, может искупить его вину. Крепкое словцо помогает перетерпеть этот момент на грани жизни и смерти, и наш дурак-организм думает, будто это одно и то же, что заколоть обидчика вилами. Мат – это некий способ уравновесить несправедливость окружающего мира. Запретность слов создает эффект, когда из жертвы несправедливости ты сам становишься дрянным человечишком и осаждаешься в мутной воде раскаяния. Когда в глазах уже зажегся лазерный прицел, обычных слов уже недостаточно, и абсолютная низость мата, как лейкопластырь, перекрывает остроту моменту внахлест. Потом мат в автомобиле безопаснее, чем в жизни. Если бы все слова, что мы произносим в авто, доходили до адресатов с обратным адресом на конверте, началась бы гражданская война. В подавляющем большинстве мы что-то бормочем под нос в полной иллюзии, будто нас слышат. Это, как комментарий под левым ником, без модерации и с чужого IP: можно молоть, что угодно, не боясь последствий. Можно обложить матом мэра, можно постулировать, что гребанные «Ленд-Крузеры» совсем «похудели». В реальности мало кто хочет явиться к водителю «Ленд-Крузера» с соответствующим плакатом на шее, но машина бережет своего хозяина не только подушками безопасности. Замечал такую особенность: водитель, сделавший что-то хамоватое или артикулирующий в наш адрес дрянные словечки, после акта словоизвержения пытается поскорее отвязаться от нас. Я думаю, ему просто стыдно и отчасти страшно. Не только за физическую расправу, но и за то, что его могут снять на регистратор или узнать. Вспышка кончилась, наступило отрезвление. Он думает: я выглядел глупо, хорошо, что никто не слышал. Дело даже не в физических кондициях соперников. Реагируя чересчур остро, адекватные люди обычно чувствуют неправоту и оказываются в моральных тисках: пойти на мировую мешает самолюбие, доводить конфликт до конца мешает понимание, что все это чересчур тупо и не стоит того. Поэтому педаль в пол и лавировать по рядам. Кстати, для меня даже более сильным провокатором высказаться за гранью фола является виснущий и тормозящий компьютер. Хорошо подзуживают мелкие неприятности, вроде упавшего по закону бутерброда смартфона (дисплеем вниз) или когда коленкой об косяк. По-настоящему сложные ситуации вызывают меньше экспрессии – приходит понимание ничтожности мата. С его помощью можно рассеять досаду (сожаление о том, что можно исправить), но против серьезных бед он бессилен. А еще многие матерятся за рулем, потому что так принято. Лидеры водительских мнений, от дальнобойщиков до владельцев машин, сеющих классовую ненависть, позволяют себе крепкое словцо. А начинается все еще раньше – с инструктора. Мой, например, матерился, как пастух. Тоже считал, что скотина по-другому не понимает. Последнее время материться в машине я стал реже. Меньше стал торопиться, начал медленнее ездить. Справедливо и то, что большая часть мата в автомобиле обращена к самому себе.