Американец полгода пытается привиться «Спутником V» в Роccии, но получает отказы. Почему?

Скотт Нил родом из Остина, штат Техас, но уже 2,5 года живет в Ростовской области. Изоляцию 2020 года переждал здесь, а последние месяцы пытается вакцинироваться. Пока безуспешно. Уже семь раз Скотт обращался в медучреждения Ростова и Новочеркасска — каждый раз отказывали, потому что иностранец. В интервью 161.RU Скотт Нил рассказал о приключениях в российских поликлиниках и том, как вообще оказался на российском юге. — Я дважды окончил бакалавриат — Техасский университет и университет Балтимора в Мэриленде. Изучал морские науки и океанографию. У меня был план — изучать жизнь в океане, — начал Скотт. — Но, как вы знаете, жизнь не всегда идет так, как ты планируешь. В реальности — тебе 18, у тебя мечты, но они не очень реалистичны. То, что происходит в действительности, когда ты оканчиваешь обучение с двумя степенями — всем это побоку. — Как для вас прошла изоляция в 2020-м? — Было не так плохо, мне даже немного понравилось. Там, где я жил — на севере Ростова — было здорово. «Магнит» близко, в двух минутах. Я надевал маску, ходил в магазин, прогуливался по пляжу и возвращался домой. Хотя все говорили не выходить наружу, я каждый день ходил вокруг озера, мы жили рядом с ним. С другой стороны — не хватало социального взаимодействия, не было возможности общаться лицом к лицу. Это было немного трудно — не видеть друзей и знакомых. Так что мое социальное взаимодействие было в «Магните» — я общался с продавцами. Это было не так плохо для меня, но многие были подавлены. Первые месяцы вакцинации иностранцы не могли привиться в России, потому что процедура была жестко привязана к наличию СНИЛС и российского страхового полиса. После ПМЭФ в начале июня президент Владимир Путин поручил сделать прививки доступными для работающих в стране иностранных граждан. Первой стала Москва, где раньше других регионов вакцинация стала обязательной — в конце июня трудовых мигрантов там начали прививать «Спутником Лайт» за счет работодателей. Другие регионы постепенно разрешали вакцинацию иностранцев в течение лета. — В Европе и США с этим было жестче, но у нас немного иначе, так? — Да, это так. Это то, что я узнал о России. «Правила таковы, но… Если что, то окей». Это было не так плохо. Я бы не хотел попадать снова в изоляцию, но не было такой трагедии, как в мире. Одна из моих подруг — она из Ростова — была в Италии. И там было очень строго: вообще нельзя выходить, если у тебя нет пропуска. И то, только в магазин и обратно. Мне кажется, многое из того, что сделала Россия — это было не так плохо. Это часть русского характера, мне кажется: «Правила таковы, но...». — Вы пытались привиться семь раз. Расскажите, как это было. — Везде отказывались [делать прививку]. Совсем недавно, неделю-две назад, мы получили сообщение от нашего главного преподавателя, что какое-то ведомство — Минздрав или Роспотребнадзор — заинтересовалось в Language Link (организация, где работает Скотт. — Прим. ред.). Директор сказал, что мы все должны вакцинироваться. И я ответил: «Ну я уже месяцев пять пытаюсь — говорил тебе, твоему сыну, жене, главному преподавателю, менеджерам, всем — и ничего». Но теперь-то они заинтересовались. Я хотел вакцинироваться, но мне не давали. Семьдесят миллионов россиян не хотят, а я хочу — один иностранец. Теперь компания заинтересована в том, чтобы это всё организовать. Я только договорился, чтобы в ТЦ на Университетском, так что 26 августа пойду вакцинироваться. Но что меня злит... Я говорил об этом пять месяцев: «Хочу сделать прививку, помогите мне ее сделать». Я взял с собой на вакцинацию двух русскоговорящих учеников, но медсестры, врачи отвечали: «Нет, уходи, ты иностранец». Теперь, потому что государство решило, что каждому нужно ее сделать, компания беспокоится об этом. Но до этого [решения государства] в нашем офисе в Новочеркасске было 12–15 преподавателей, и только один из них вакцинирован. В Ростове — из 20 преподавателей в центральном офисе вакцинированы только двое. — Почему вы думаете, что государство так долго с этим тянуло? — Потому что Россия открыла ворота и запускает иностранцев. И если ты такое делаешь, то должен быть ответственен за них. Я не говорю о бесплатной медицинской помощи и прочем, но, если ты приехал в США и ты поранился, о тебе позаботятся. Я думаю, это то, за что государство должно отвечать. С другой стороны — государство может заявить, что всем пора вакцинироваться, а обычный россиянин просто скажет: «М-м-м, нет». Как и с карантином было. — Какой вакциной хотите привиться? — Мне, если честно, всё равно. Один из менеджеров в офисе сказала, что «Спутник» — это та, которой нужно уколоться дважды. Меня это устраивает. Другие вакцины — я не знаю, насколько они хороши. Но для меня это не имеет значения, я просто хочу привиться. Потому что мы как преподаватели ежедневно сталкиваемся с огромным количеством людей. Так что учителя должны получить вакцину, хотят они этого или нет. Чего я не понимаю и что беспокоит меня и в России, и в США, — каждый день, пока ты не вакцинирован, ты можешь быть носителем вируса и передать его кому-то. Я понимаю, почему россияне и американцы не хотят вакцинироваться. Ведь мы тоже не доверяем нашему правительству. У нас столько же преступников, столько же проблем, и мы так же не доверяем государству, не доверяем вакцинам, не доверяем тому, что приходит из столицы. — А как отличается отношение к вакцинации в России и Китае, где вы тоже работали? — Одно могу сказать по этому поводу — не знаю, хорошо это или плохо, — но когда государство говорит сделать что-то, китайцы сделают это. Когда в Китае ввели локдаун, они закрыли всё — и закрыли быстро и полностью. В России и США есть национальная гордость, но менталитет китайцев совершенно иной. У них синдром «срединного государства», и это правда. Каждый, кто не из континентального Китая — не важно, китаец ты в Сингапуре или где еще — ты автоматически «меньший». Различие в менталитете такие: китайцы привыкли, когда им говорят, что делать — и они делают. Россияне тоже привыкли к этому, но они как бы: «Может быть сделаю, может — нет». В США же: «Ты не можешь говорить мне, что делать!». — Что привело вас в Россию? — Это долгая история, постараюсь покороче. В 2008-м у меня умерли жена и сын. Я сирота, у меня нет семьи в США. Приемная мать умерла очень давно, так что я просто… не имел какого-то направления в жизни. Я всегда хотел увидеть юго-восточную Азию: Филиппины, Таиланд, Гонконг. Путешествовал по этим странам, по всему региону — и когда я был на Бали, то познакомился с парнем из Великобритании, который преподавал английский в Китае. Он сказал: «Почему бы тебе не попробовать тоже?» К слову, я родился во времена, когда, по словам президента США, Советский Союз был источником всего зла в мире. Так что увидеть коммунистическое государство было моей мечтой. И я шесть лет преподавал английский в Китае. Там было много-много молодых россиян, которые едут туда, чтобы заработать хорошие деньги. И среди них много красивых молодых девушек. Большинство моих коллег и те, с кем я в основном работал, были россиянами. И кто-то из них сказал: «Знаешь, тебе стоит подумать о том, чтобы поехать преподавать в Россию». Я никогда даже не думал об этом, но в 2017 году на три месяца приехал в Москву. Мне понравилась Москва, но это слишком большой город. Я поехал обратно в Китай, там познакомился с еще одной коллегой, которая посоветовала попробовать Ростов. Она была отсюда, ее семья — армяне, и всю свою жизнь она провела в Ростове. Сказала, что это очень хороший регион — не очень жарко, не очень холодно. Юг России, недалеко от моря. И вот в России я уже почти три года. — Где вы преподавали английский в Ростове и почему переехали в Новочеркасск? — Я работаю в международной сети школ Language Link, это языковой центр. Около пяти филиалов в Ростове, один в Таганроге, один в Азове — они почти везде есть. В Москве — более сорока. Что делает Россию хорошей страной — здесь нет проблем с получением визы. В Китае — это ой-ой-ой. Я вырос во времена холодной войны. И это была не та Россия, с которой я познакомился [сейчас]. Страна изменилась за последние 40 лет. Когда я говорю об этом своим студентам, они этого не понимают. Они не понимают, что это такое, когда ни у кого нет машины, когда люди стоят в очередях за едой. Студенты постоянно спрашивают: «А как Россия изменилась?» Я говорю: «Просто выйдите наружу, посчитайте количество машин. Вы всё поймете». — В чем разница между обучением в Китае и в России? — В большей части азиатских стран образование считается божьим даром. И Китай не исключение. Но там не хотят изучать грамматику, они просто хотят научиться говорить. Но в России ученики здесь очень пылко относятся к обучению. Большинство россиян могут говорить как минимум на двух языках. И это поразительно, что они с таким интересом этим занимаются. Если говорить о подростках, которых я обучал, в основном они не заинтересованы, им всё равно. Но взрослые ученики — они хотят знать всё. — А есть ли разница между подростками в Китае и в России? — Господи боже, да! Из-за моего родного языка китайский для меня — самый сложный язык на свете. Второй по сложности — русский. Я могу немного говорить по-китайски, но проблема — это количество учеников в Китае. У тебя в классе от 65 до 85 учеников в одном помещении. Нет возможности для прямой коммуникации, лицом к лицу. Но в России у меня 10 учеников максимум. Подростки — это подростки. По всему миру. Они не хотят учиться, они не хотят сюда приходить, их заставляют родители, потому что знают, что английский ведет к лучшему будущему. Это факт, английский — это язык денег. Подростки одинаковые по всему миру — не важно, откуда они. И в США тоже. Но в США они, наверное, даже хуже. Хотя я никогда не преподавал там. — Стереотипы о русских и американцах — так ли они в действительности отличаются? — Да, отличаются. По моему опыту, американцы будут болтать о чем угодно. Вообще о чем угодно. Ты спрашиваешь — они будут говорить. Очень открытые люди, которым нравится быть ближе к собеседнику. О России такой стереотип — россияне много не улыбаются, если только не с близкой группой людей. Но я хожу по улицам и постоянно вижу улыбающихся людей. Думаю, это во многом зависит от характера человека, от окружения, в котором он живет. Если ты вырастишь человека в окружении США, где всё свободно и открыто, — это будет один характер. Вот я смотрю на тебя, сколько тебе лет? 25? — Именно. — Ты выглядишь как улыбчивый, счастливый человек. Но спроси мать или отца — как часто они улыбаются в день? Твой мир меняется, твое окружение отличное от их. У тебя больше возможностей, ты более свободен. И, как мне кажется, Россия будет в этом смысле очень похожа на США. Но если говорить о различиях в характере, России еще в новинку свобода. У нас свобода уже 200 лет. Именно поэтому мы имеем те проблемы, которые имеем сейчас: black lives matter, антипрививочники, радикальные борцы за свободу. Вот что я нахожу поразительным: я был в России, Китае, Турции, юго-восточной Азии, многих других странах, которые принято считать небезопасными. И я никогда не сталкивался с проблемами. Но если ты пройдешь по улице любого крупного американского города… Изнасилования, убийства, перестрелки — всё это есть. — В США действительно так плохо с преступностью? — Да, там с этим плохо. Одна из тех вещей, которые я заметил — никто в России и Китае не имеет оружия. Эти страны, которые по общепринятому мнению злые, антидемократичные. А у них нет такого количества насилия, которое есть в США. Так что многое из того, что ты видишь по ТВ — ложь, но и многое — правда. Каждый день кто-то подстрелен, убит. Это ужасно. Это не делает США плохим местом, просто означает, что у нас много работы, которую необходимо сделать. Есть масса замечательных мест, где свободно можно ходить — мой родной город. Поезжайте, увидьте его! Это прекрасное место. Да и каждый город прекрасен, но, как и в каждом городе, в Ростове тоже есть места, в которые лучше не ходить по ночам. — Похож ли климат в Техасе на климат в Ростове? — Климат довольно схож, мне кажется. У нас нет снегопадов и не бывает очень холодной погоды. В Остине зимой +17 градусов, это уже холодно. Но в Ростове бывает -16. Летом довольно похожая погода — жара, как и в Ростове. Осень и весна довольно похожие. Так что отличие в основном в зиме. — А чем отличаются города в США и России? — Это зависит от города. У нас очень много схожих вещей — одна из них, не знаю к добру или худу, — наша транспортная система. В США она лучше. Автобусы ходят по довольно строгому графику. А здесь? (Смотрит на часы.) Где моя marshrutka? Если говорить об инфраструктуре, мне кажется, вам еще многое в новинку. У вас первоклассные аэропорты, поезда хорошие. Не так много отличий. — Почему вы переехали из Ростова в Новочеркасск? — Не хочу говорить плохого о компании, но… менеджмент в России во многом отличается. Я 12 лет был менеджером регионального уровня в США. Но что раздражает меня — это решение задач в последнюю минуту. Вот пример: каждый год у нас день открытых дверей. Мы приглашаем народ, зовем их семьи, даем демоуроки, пытаемся найти новых учеников. Каждый год — это в один определенный день. Но каждый раз они говорят тебе об этом за день-два. Это сильно раздражает. И опять же, я пять месяцев просил их помочь с получением вакцины. На мой взгляд, они были вообще в этом не заинтересованы. До сего момента, потому что теперь государство выступило вперед, сказало, что нужно бы подумать о том, как помочь с вакцинами. Они вообще не помогали с этим. Это отчасти причина, по которой я уехал. Ну и другая часть — я хотел увидеть новый город. Я жил в Ростове, знаю его довольно хорошо, но Новочеркасск меньше. Не знаю, я просто люблю бывать в разных местах. — Что шокировало в России? — Многие об этом спрашивают. Но нельзя сказать, что именно шокировало больше всего. Все эти вещи нужно воспринимать как что-то одно. Во-первых, это язык, но я пользуюсь гугл-транслейтом, он почти всегда работает хорошо. Больше всего шокировало отношение россиян к людям. Большинство американцев никогда не покидали Америку, и всё, что они знают о россиянах — хакеры, терроризм, плохие парни в кино. Они никогда не читали Пушкина, ничего не знают о Чехове или Толстом. Я, например, не люблю Толстого — засыпаю от него. Но видеть то, что показывали где-то, представляли, и видеть вживую, как оно есть на самом деле — это самый большой шок. Понимать, что всё, что знал о России, было неправдой. Вот была история: я был в Москве примерно в 2017 году. Россия была мне в новинку — я знал некоторых русских по Китаю, но это не то же самое, что побывать в России. И я ходил по городу как турист. На следующий день пошел в торговый центр неподалеку от станции метро. Я ходил по нему, но повсюду, куда бы я ни пошел, в какой бы магазин — за мной ходили русские женщины. Думаю, что это было в Zolla. Куда бы я ни пошел — она шла за мной, а я оглядывался и гадал, чего же она от меня хочет? А она ничего не говорила. Я останавливался, рассматривал вещи, клал обратно, а она подходила потом и поправляла их. Я сказал через гугл, что просто рассматриваю, что мне не нужна помощь. В Америке такого нет. Там просто иди, рассматривай, если что — зови. Там не ходят по пятам за посетителями в магазине. И я не знал, норма это или нет? Оказалось — норма. Точно так же в Китае. Это часть опыта пребывания в стране. Хотя и раздражающая. Я спрашивал друзей, они говорят, что это норма. А по мне — жутко.