Временной парадокс. Как стирали память о прошлом города с мемориальных табличек Краснодара

«Представьте — вы идёте по тихой улочке в центре Краснодара, мимо старого дореволюционного кирпичного дома. Останавливаетесь. Внимательно смотрите на здание, где на стене — небольшая мемориальная табличка. Читаете: „В этом доме в 1917–1918 гг. помещался штаб рабочих красногвардейских дружин Краснодара“. Погодите. Какой Краснодар? В 1917–1918 годах город официально назывался Екатеринодаром, а переименование произошло только 7 декабря 1920 года.

Это реальная мемориальная табличка с таким вот «временны́м екатеринодаро-краснодарским парадоксом» (определение я придумал сам). И такие «временны́е парадоксы» на мемориальных табличках в Краснодаре встречаются не в одном месте. Правда стоит сказать, что в Краснодаре не все таблички времен революции и Гражданской войны попали в этот «временно́й парадокс». Некоторые всё же соответствовали нормальному ходу истории, где Екатеринодар был Екатеринодаром, а не Краснодаром» — говорит путешественник и автор блога о культуре и истории «РашнЮг» Юрий Родригез.

Какие тайны скрывают мемориальные таблички нашего города — краснодарец рассказал в своей статье.

Одна из самых известных мемориальных табличек в Краснодаре, где «история бежит впереди паровоза» находится на здании Театра защитника Отечества на пересечении улиц Ленина и Красноармейская. Изначально здание в 1913 году строилось как клуб Второго общественного собрания. Состоятельные жители города, екатеринодарские купцы-учредители, хотели построить не просто новое здание клуба, а такое, чтобы было всем на зависть. Клуб непременно должен был быть двухэтажным, вместительным и обязательно с большим концертным залом. Победителем конкурсных проектов стал архитектор Михаил Рыбкин. По его проекту и построили здание. После революции здесь работал уже в качестве детского писателя Самуил Маршак, здесь же ставились первые детские спектакли. После войны в здании расположился Дом офицеров, а с 2016 года на его базе был образован Театр защитника Отечества.

На фасаде театра можно увидеть табличку, на которой написано: «В этом доме в 1918 году с марта по август месяц помещался 1-й Совет рабочих солдатских и казачьих депутатов, организовавший оборону города Краснодара от корниловских белогвардейских банд». Речь идет о событиях Гражданской войны — Первого «ледяного» похода Добровольческой армии под командованием генерала Алексеева и генерала Корнилова и первого неудачного штурма Екатеринодара, в результате которого командующий Добровольческой армией генерал Корнилов был убит. Добровольческая армия вернулась в августе и уже под командованием генерала Деникина город был белыми взят.

Екатеринодар же был переименован в Краснодар после окончательного установления советской власти лишь в декабре 1920 года, но никакого Краснодара в 1918 году и быть не могло. Интересно на табличке и само определение белых — «корниловские белогвардейские банды». Если кто не знал, то в Краснодаре стоит единственный памятник (других не нашел) тому самому белому генералу Лавру Корнилову.

На перекрестке улиц Ленина и Красноармейской, прямо напротив Театра защитника Отечества находится дореволюционное здание, в котором сегодня располагается Краснодарский торгово-экономический колледж. Здание было построено в конце XIX века для Екатеринодарского городского училища. И на этом здании тоже табличка с «временны́м екатеринодаро-краснодарским парадоксом».

«В этом доме в 1917–1918 гг. помещался штаб рабочих красногвардейских дружин г.Краснодара». В отличие от соседнего Театра защитника Отечества, эта табличка отправляет нас в не существовавший Краснодар еще на год раньше. Кстати, на этом здании имеется и еще одна мемориальная табличка. Правда, с названием города она никак не связана. В этом здании с 1897 по 1901 годы учился известный писатель, классик социалистического реализма, обладатель двух сталинских премий в области литературы Фёдор Васильевич Гладков — автор производственных романов «Цемент» и «Энергия».

Как я и сказал выше, в Краснодаре не все мемориальные таблички времен революции и Гражданской войны нарушали привычный ход истории. На крупных городских мемориалах Екатеринодар того времени был Екатеринодаром, а не Краснодаром.

В канун 40-летия Октября на кургане у Северного сквера (где сейчас стоит кинотеатр «Аврора») состоялась закладка памятника героям Гражданской войны, участникам борьбы за установление Советской власти на Кубани в 1920 году. Памятник был открыт в 1967 году. На стеле памятника написано: «17 марта 1920 года с этого рубежа части героической Красной Армии под командованием комкора Д. П. Жлобы и начдива С. П. Захарова развернули бои за Екатеринодар, разгромили и изгнали белогвардейские войска. В городе окончательно восторжествовала советская власть». Как видите, никаких Краснодаров.

17 марта 1920 года при штурме Екатеринодара начдив Захаров, упомянутый на мемориале выше, погиб. 19 февраля 1928 года в уже переименованном Краснодаре состоялся митинг памяти и открытие мемориальной доски на месте гибели командира 22-й дивизии Сергея Парменовича Захарова. Улицу Закубанский проезд переименовали в улицу имени Захарова. Мемориальную стену можно увидеть сегодня на улице Захарова, рядом с парком «Городской сад» и Краевой больницей № 3 (слева от ЛОР-центра).

В 1967 году на улице Северной был открыт один из самых больших мемориальных комплексов в Краснодаре, посвященный кубанцам, погибшим в борьбе за Родину.

Комплекс ограждает стена с каменными мемориальными досками, на которых нанесены имена воинов-героев Кубани.

На территории мемориала имеются две таблички о событиях как первого штурма Екатеринодара 1918 года, так и взятие города красными частями в 1920 году. Никаких Краснодаров, только Екатеринодар.

Еще одну «странную» мемориальную табличку я обнаружил на доме на улице Гоголя, 91 где в 1920–1922 годах жил писатель Самуил Яковлевич Маршак, как раз в екатеринодаро-краснодарский период переименований. Правда на табличке текст странным образом начинается посреди строки, будто кто-то аккуратно что-то с таблички стёр. Случаем, не упоминание ли «Краснодара»? Или «Екатеринодара»?

Какой вывод можно сделать из этих табличек? Я думаю, что таблички на Театре защитника Отечества и здании торгово-экономического колледжа, возможно, были установлены в раннесоветский период, сразу после окончания Гражданской войны, чтобы увековечить места, связанные с борьбой за советскую власть (таблички либо пережили период немецкой оккупации города, либо были восстановлены после войны в прежнем виде). Тут стоит вспомнить телеграмму председателя КубЧерОблРевКома Яна Полуяна с просьбой к ВЦИК переименовать Екатеринодар в Краснодар.

«Считаем название Екатеринодар напоминающим рабские времена, совершенно бессмысленным в республике труда навсегда освободившихся от потомков Екатерины и их приспешников. В связи с этим Кубчероблревком постановил просить ВЦИК именовать город Краснодаром», — говорилось в телеграмме.

Трудно себе представить, чтобы в этот период на мемориальных табличках написали, что бои шли за Екатеринодар, так ненавистный новой власти и напоминающий времена царизма, даже своим названием. Вероятно, уже после Великой Отечественной войны, на новых открытых мемориалах, про которые я рассказал выше, ход истории всё же был соблюдён: Екатеринодар был назван Екатеринодаром, а старые таблички «с Краснодаром времен 1917–1918 годов» так и остались.

Но если с табличками всё более менее понятно, то вот в литературе того времени мы можем наблюдать всё то же самое — Екатеринодар назван Краснодаром до его официального переименования.

В августе 1920 года, в Екатеринодар, уже занятый красными частями прибыл Дмитрий Фурманов, будущий выдающийся советский писатель, автор романа «Чапаев». Фурманов пишет в своем дневнике:

«Откомандирован я в распоряжение РВС IX армии, стоящей в Екатеринодаре. Желательно поработать на поприще литературном, может быть, буду работать в газете». 14 августа в районе современных Приморско-Ахтарска (Ахтари), Анапы и Тамани началась последняя крупная войсковая операция белой армии под командованием генерал-лейтенанта Сергея Улагая, названная «Улагаевский десант», целью которой был захват Кубани и создание антисоветского фронта. Молодого Фурманова, по прибытии в Екатеринодар, сразу же назначают политкомиссаром экспедиционного отряда под командованием начальника екатеринодарского гарнизона Е. Ковтюха, который был направлен на борьбу с десантом Улагая. 9 сентября 1920 года в екатеринодарской газете «Красное знамя» появляется первая на Кубани статья Фурманова «Бой с бандой Улагая».

События этих августовских дней послужили в дальнейшем богатым материалом для написания повести «Красный десант». Так начинается эта повесть:

«Осенью, в августе 1920 года, Врангель из Крыма перебросил на Кубань несколько тысяч своих лучших войск. Этими войсками командовал Улагай — один из ближайших сподвижников Врангеля. Цель переброски заключалась в том, чтобы поднять на восстание против советской власти кубанское казачество, свергнуть ее и начать морем переправку хлеба в Крым. Белый десант высадился в трех пунктах Азовского побережья и сразу пошел вперед свободно, быстро, почти не встречая препятствий, занимая один поселок за другим, все ближе и ближе подвигаясь к сердцу области — Краснодару… В двадцатых числах августа неприятель стоял всего в сорока или пятидесяти верстах от областного центра, Краснодара…»

И что же мы видим? Снова 1920 год и снова вместо Екатеринодара — Краснодар. Интересно, что повесть «Красный десант» про события августа 1920 года Фурманов написал уже в 1921 году. Еще одно интересное произведение Фурманова — повесть «В восемнадцатом году». Она, также как и «Красный десант» начинается со слов о… Краснодаре:

«Кубань. Краснодар. Рабочий квартал Дубинка. Серые гнилые заборы, хилые сплюснутые избушки, узкие улицы-переулки затянуты в частую тонкую сеть весенних туманов. В пустом скучающем небе — тошное, тихо-вялое ожидание солнечных дней. Тихо, пусто в улицах. Тихо, пусто в переулках… Главная улица Краснодара - Красная. По Красной все учреждения. На Красной живет вся знать… Сердце кубанское, Краснодар, острая тревога колотила в лихорадке…»

Повесть «В восемнадцатом году» была написана в 1923 году и рассказывает о событиях, которые происходили в Екатеринодаре в 1918 году. Откуда ж было взяться Краснодару? И Краснодар там, конечно же, появился по идеологическим причинам. Для Фурманова — писателя было важно закрепить за Краснодаром «красный» статус даже в описании прошлого, чтобы подчеркнуть необратимость произошедших перемен.

Да и представляете, уже советский житель страны, который в 1921-м или в 1923-м открывает повести Фурманова и видит архаичное и идеологически чуждое слово «Екатеринодар». Использование «Екатеринодара» в художественном тексте выглядело бы политически двусмысленно — это был бы возврат к «дару царицы», а такое пропагандистский аппарат того времени допустить не мог. Хотя, мы точно не знаем мнения горожан о переименовании города. В июле 1936 года на 5-й городской партконференции было заявлено, что теперь «мы имеем новый большевистский социалистический Краснодар». Несмотря на организацию отдыха трудящихся в разных местах города, краснодарцы ехали отдыхать в старый и любимый сад…а «от старого города оставалось нечто, фатальным образом влиявшее на судьбы многих, — тень его прошлого, тень „контрреволюции“.

В советской литературе такое встречается не редко. Например, в советских комментариях к книге Василия Шульгина «Дни» (Шульгин — депутат «царской» Государственной Думы, один из идеологов Добровольческой армии), описывающей исторические события 1905–1917 годов в России, изданной в 1989 году, написано, что генерал Корнилов был убит разрывом снаряда в 1918 году во время I Кубанского похода на Краснодар. Как видим, никто особо не заморачивался такими несостыковками.