Собирали всем миром

Предпринимательский талант у Гузель Санжаповой открылся в 12 лет: в центре Екатеринбурга, где она жила, не продавали петарды. Однажды она принесла в школу упаковку петард, купленных на рынке на краю города, это произвело wow-эффект. Девочка упросила бабушку съездить с ней на трамвае на рынок (потому что приличные дети туда не ездили), закупилась и реализовала товар в школе. Чистая прибыль превысила месячную зарплату мамы, которая работала на «скорой помощи». Деньги, кстати, не спустила на вкусняшки, а купила родным подарки, которые они не могли себе позволить. Сегодня 28-летняя Гузель, окончившая МГУ, факультет мировой политики, — идейный вдохновитель, основатель производства крем-меда Cocco bello на Урале. С недавних пор бренд Lipton совместно с Cocco bello запустил в продажу чайный набор, состоящий из чая Lipton и деревянных ложек с карамелью с ягодами и травами, которые сделаны на производстве Гузель. — Почему решили заняться именно таким бизнесом? — У моего отца была пасека, которая досталась ему от деда. В какой-то момент я приехала в эту деревню, поняла, что мед — это только сырье. Нужно придумывать продукт интереснее, чем обычный мед. Поскольку я мед не ем (в детстве перекормили) — я делаю такие вкусы, которые могу есть сама. Как оказалось, таких извращенцев немало. Сначала с наемной работы (ассистент зам. генерального) я ушла производить галстуки-бабочки, потому что понимала, что они приносят больше удовольствия и денег, чем наемная работа; потом, когда я поняла, что у меня есть свободные деньги и надо их как-то использовать. Собственно, так мы решили не поехать в очередной отпуск и вложить деньги в производство — и купили первое оборудование. Там было 200–300 тыс. руб. Это на само оборудование. Нужно понимать, что вложений в этот бизнес гораздо больше (пасека, ее обслуживание, содержание и т.д.). — Как возникла идея сбора средств на краудфандинговой платформе? — Это был эксперимент, я ехала в поезде со смартфоном, и мне было интересно, где можно взять деньги, если не в кредит. Наткнулась на слово «краудфандинг»*. Так я поняла, что могу опубликовать проект, мне было важно проверить, насколько люди поверят моей настоящей истории. Это ведь очень смело — выйти и сказать: «Смотрите, я делаю вот это, у меня трудятся такие-то люди, поддержите меня рублем, а я вам взамен дам продукт!». Так я решилась, сняла первое видео на iPhone, мы решили запустить первый продукт. И на удивление, к концу проекта нам удалось достучаться до людей. Так мы поняли, что продукт нужен, а история интересна. Что люди готовы объединяться «за». Для меня это было самым большим показателем, поэтому сейчас к концу подходит мой четвертый краудфандинговый проект. Это очень классный инструмент. Таким образом, стартовый капитал у меня был из личных средств, а краудфандинговый проект (первый, который был у меня в конце 2013 года) позволил собрать средства на покупку сушильного оборудования. Чтобы больше бабушек смогли собирать ягоды. Поэтому раз в год я запускаю проект, когда мне нужна определенная сумма, чтобы начать какое-то развитие дальше. Понятно, что этой суммы не хватает. Очень много денег в капитальное строительство вкладывается из прибыли. Краудфандинг — это история не про деньги, а про возможность рассказать широкой аудитории историю продукта. В первую очередь это пиар и маркетинг, а потом уже деньги. — Как вы думаете, почему ваш проект «зацепил» аудиторию? — Я просто решила рассказать историю. Не замалчивать проблемы, которые есть у деревни. Попытаться из всего круга проблем найти выход и найти решение. Для меня самое главное было не рассказать о том, какие нищие пенсионеры у нас в деревне. Самое главное было рассказать и показать, что, если мы дадим им возможность работать и быть нужными, все может измениться очень быстро. То есть самый главный плюс всей этой истории в том, что я пыталась найти решение. А когда ты людям показываешь решение и со временем это решение приносит результат, люди начинают все больше и больше доверять. Просто потому, что мы шаг за шагом показываем, что только вместе, только сообща, рассказывая честную историю и показывая все как есть, мы можем добиться хороших результатов. А люди любят честность. Поэтому всем брендам советую рассказывать историю честно. Штука в том, что я основывала это для того, чтобы помочь моим родителям со сбытом, я не думала на 3–5 лет вперед, что это станет миссией компании, я просто брала и делала. Я понимала, что многие бренды пытаются рассказать историю. Но проблема-то в чем? Если бренд уже существует, условно — кто-то где-то в «замкадье» производит что-то и вдруг решает, что ему нужна богатая история, проблема в том, что ты эту историю в карман положишь, она выпирать будет. Соответственно всем бизнесам сегодня нужно думать изначально о том, что они будут отвечать людям и потребителям на вопрос «Зачем?». И ответ должен быть больше, чем «Деньги». — Аудитория привыкла к историям и формату краудфандинговых площадок. Вы не заметили спада интереса, доверия? — По моим ощущениям, доверия становится больше. Все сообща над этим работают. Сегодня краудфандинговые площадки и интернет в целом дают возможность донести до своей аудитории, отчитаться перед ней. И люди за этим следят. Да, конкуренция стала выше. Если вы посмотрите наш первый проект и четвертый, на оформление, на видео и поймете, насколько должно расти качество, чтобы ты был конкурентен. Люди ожидают, что твой проект, продукт будет расти. И те, которые сейчас делают на уровне того, который у меня был 3 года назад, к сожалению, обречены на неудачу. Да, им тяжело. Потому что планка задается высокая. Это неизбежно. Это развитие. Это история. Так и должно быть, что с каждым днем должно быть лучше. — Сколько людей у вас работает, и чем они занимаются? — У нас в Москве сейчас над проектом работает всего два человека. И у нас принципиальная позиция, что штат расти не будет до той поры, пока мы реально не будем справляться. Мы принципиально делаем упор на развитии штата, производства именно в деревне. Потому что для людей это огромная возможность зарабатывать деньги. На производстве со всей моей семьей 9 человек работают постоянно, люди ходят на работу каждый день. Летом у нас было порядка 50 человек, которые собирали ягодки и травы. Если мы построим карамельную фабрику, то количество постоянных сотрудников будет не менее 15–20 человек. Все будет решать рынок. То, насколько наша продукция будет востребована, будет продаваться и т.д. — Как вы стали партнером Lipton? — Мы принимали участие в их социальном проекте Lipton GOODSTARTER в 2015 году и победили в одном из этапов. Это было в ноябре прошлого года. Не было такого, что бренд Lipton смотрит на каждого своего победителя и думает: «Что бы такого совместного с ним сделать?». Инициатива исходила от меня. И когда я докрутила новый продукт и поняла, что он идеально подойдет бренду, который производит чай, я поняла, что лучше всего отнести это в компанию Unilever. Победа в конкурсе — далеко не гарантия, что ты найдешь, как зайти в компанию Unilever. Я понимала, что это невероятные сложности с заключением договора, прохождением теста. У меня есть определенная схема, как должен развиваться маленький бизнес, я понимаю, что сотрудничество с крупными корпорациями в первую очередь — это точка развития. Потому что ты с ними будешь расти. Я говорю не о деньгах. Вырасти — улучшить стандарты качества производства, ты можешь научить производство работать так, как делают на международном рынке. Для меня было очень важно понять, насколько маленький производитель в деревне может соответствовать. Теперь я могу сказать, что может. Но непросто — 6 месяцев переговоров. — Посоветуйте, что делать молодым людям, которые хотят открыть свое дело, но боятся сделать первый шаг? — В первую очередь надо проанализировать, что у вас есть. Не писать бизнес-план, не искать инвесторов, подумать, что у вас есть в кармане, есть ли у вас средства, серийное производство. Потому что, по моим ощущениям, самый правильный и устойчивый бизнес — тот, который сделан на свои деньги, без привлеченных инвесторов, со своими собственными ошибками. У меня есть ощущение, что очень много молодых людей пишут бизнес-план и бегут искать инвесторов, даже не оттестировав продукт, не выйдя на маркет и не попробовав его продавать. Самое важное — пойти, проверить. А потом уже думать, как это нужно развивать дальше. Встать, идти и делать. И не смотреть ни на кого. Идти пробовать, пробовать продавать. * Краудфандинг — коллективное финансирование идей в обмен на подарки и бонусы.