«Если я привел ребенка в садик, я должен забрать его живым». Кто виноват в смерти девочки, на которую в детсаду Краснодара упало гнилое дерево?

В 2019 году в Краснодаре с 6 сентября держалась ветреная погода. Спустя три дня ветер привел к трагедии и унес жизнь двухлетней Вики Чередниченко. 9 сентября в 10:20 в детском саду № 48 во время прогулки на детей и воспитателя рухнуло дерево. Женщина получила перелом ноги, а Вика и еще одна девочка пострадали. Спустя несколько часов малышка умерла в больнице. Портал 93.RU рассказывает историю семьи девочки, подробности трагедии и то, почему родители недовольны приговором суда и как пытаются его обжаловать. Любила свой сад безумно Родители Вики, Виктор Чередниченко и Юлия Поливкина, живут в гражданском браке. Виктор занимается установкой пожарной и охранной сигнализации, монтажом систем видеонаблюдения, Юлия работает мастером маникюра и педикюра. Семь лет назад они познакомились на сайте знакомств, понравились друг другу и стали общаться. Месяца через два-три съехались, а через полгода Юлия забеременела. 19 ноября 2016 года у них родилась Вика. — Беременность и роды прошли хорошо, Вика родилась здоровым ребенком. Первый год, конечно, тяжело было. Потому что маленький ребенок, бессонные ночи, сами понимаете. Я сидела с ней дома, потому что я мастер маникюра и, когда родила, не могла из-за разрывов долго сидеть, — вспоминает мать девочки. Когда Вике был год и восемь месяцев, ее отдали в детский сад № 48. Он находится на Красной, 167, неподалеку от частного дома на Офицерской, где жила семья вместе с бабушкой Виктора. — Садик всегда считался хорошим, удобно, что рядом с домом, пешочком пройтись 15 минут, удобно забирать и отводить, — объясняет Виктор. Сначала девочку водили на час-два в день, для адаптации. Но никаких проблем не было, Вике сразу очень понравилось в саду. В группе было около 30 детей, Вика была самая маленькая из них. В год и 10 месяцев она стала ходить в сад уже на целый день, а Юлия вышла на работу. — Она любила свой садик безумно, всегда дома пересматривала все утренники, даже больше, чем мультики смотрела их. У нее и подружки уже в саду были, несколько девочек. Обычно мы Вику к 7 часам отводили, она с удовольствием бежала сразу в группу, даже не успевая переодеться. Ну что может случиться в детском саду с абсолютно здоровым ребенком?.. 9 сентября Юлия и Виктор немного проспали. У отца даже проскользнула мысль оставить дочку дома, но в итоге собрались впопыхах, Виктор отвел Вику, а сам поехал ремонтировать машину. Юлия стала собираться на работу. О том, что в детском саду что-то случилось, мать узнала из родительского чата в «вотсапе». — Как сейчас помню: вышла я из ванны, смотрю — сообщений в «вотсапе» много, что упала ветка, заберите своих детей. Я спросила, какая ветка, что случилось, никто не пострадал? Потом я начала звонить в детский садик, там никто трубку не брал. Я собралась (мне буквально через час нужно было выходить на работу), подумала, пойду узнаю, что там произошло. Я вышла, дошла до светофора, и у меня очень сильно начало сердце биться. Я ускорилась, потом я уже побежала. Буквально через 15 минут Юлия переступила порог детсада и увидела рухнувшее дерево. — Это большое дерево, громадное, это была нихрена не ветка! Я забежала сразу в первую попавшуюся дверь, сказала кто я, меня отвели на улицу. Они сказали, что упала ветка и Вика в тяжелом состоянии, ее отвезли в больницу. Юлия позвонила Виктору, но ничего толком рассказать не смогла, только обрывки фраз. Затем ее отвезли в детскую краевую больницу к дочери. Виктор, после звонка жены, приехал в детсад. — Я когда приехал в садик, увидел, что дерево упало, куча людей, полиция, прокуратура, телевидение. Я начинаю спрашивать, где дочь, мне никто толком ничего сказать не мог, пока рот не открыл на них. Выяснил, что ребенка увезли в больницу, я быстро поехал туда. Когда приехал, поднялся на этаж, там была жена с моей мамой. Я поднялся. Затем нам сказали, что всё… Вики больше нет. На нервах мужчина поехал в садик и наорал на заведующую. По его словам, когда он зашел в кабинет, женщина испугалась. Сидевшие там следователи «от греха подальше» вывели Виктора и отправили домой. — Ну что может случиться в детском саду с абсолютно здоровым ребенком? Ну, укусят, ну, синячок какой-то где-то набить может, но нам все это говорили, не было никаких сюрпризов. И ты уверенно ведешь в детский сад, считая, что всё будет хорошо. Когда это случается, даже жить не хочется. Общая ответственность Виктор и Юлия уехали домой, готовиться к похоронам дочери. А занимавший в то время пост главы Краснодара Евгений Первышов выразил соболезнования близким погибшей девочки. — Гибель ребенка на территории муниципального дошкольного учреждения — это наша общая ответственность. Приношу соболезнования родным и близким погибшей девочки и как глава города прошу у них прощения. От себя лично и от лица всех своих подчиненных. Также прошу прощения у родителей второй пострадавшей девочки, у воспитательницы. Конечно, мы окажем всю возможную помощь. Всё, что будет необходимо и чем сможем поддержать. Он добавил, что в городе во всех образовательных учреждениях еще раз проверят все деревья, и уберут те, в надежности которых специалисты не будут уверены. — Изначально чиновники дали везде в интернете, что принесли личные извинения, хотя такого и не было. После того, как мы с женой написали в соцсетях, что это ерунда и никто с нами не встречался, состоялось несколько встреч. Когда мы организовывали похороны, администрация приехала на кладбище, нашли нас. Помогли, взяли все расходы на себя, и похороны и памятник оплатили, — уточнил Виктор Чередниченко. На похороны девочки пришло много людей. Весь частный сектор, где жила семья, был забит людьми, в том числе, незнакомыми. Любимые игрушки положили к ней в гробик У Вики было много игрушек. Те, которые она особенно любила, положили к ней в гробик: пожарную машинку и плюшевую кошечку. — Я привозил двух котят плюшевых, с одним из них она погибла, с собой в садик взяла в тот день, а второй был дома. Его и положили вместе с ней. Еще три-четыре коробки с игрушками отвезли в детский сад, а вещи раздали по знакомым. — Детские вещи, у мужа есть племянница, на 8 месяцев старше Вики, отдали ей большую часть. Я как раз накупила очень много осенних вещей Вике, туфель, одежды… И почти новое всё отдали. Из вещей оставили очень мало, платье, корону, да и по сути всё. Себе на память родители оставили несколько платьев и игрушек, с которыми Вика спала и часто играла, и детскую кроватку. — Меня многие спрашивали, может, отдадите? Я говорю нет, она останется с нами, это Викулькина кроватка. Ты не живешь, просто существуешь Юлия признается, что пережить гибель дочери смогла только с помощью успокоительных. Работать или думать о чем-то другом первые месяцы было просто невозможно. — Такое состояние было, ты не живешь, а просто существуешь. Ты просыпаешься, у тебя истерика, и засыпаешь, у тебя тоже истерика. Только на успокоительных. Потом… не то что легче… легче, наверно, никогда не будет… Просто начинаешь думать о том, что если так и дальше будет продолжаться и ничем себя не занять, то это просто… Юлия решила, что пора выходить на работу, но это тоже было тяжело. — Это работа с людьми, тебе нужно постоянно улыбаться клиенту, поддерживать диалог. Это очень тяжело, на самом деле. Особенно, если клиент спрашивает, есть ли у вас дети… Решить жилищный вопрос Через некоторое время после трагедии родителям Вики позвонили из мэрии и пригласили на встречу. — Мы не знали, зачем нас приглашают, говорим, ну, с адвокатом тогда придем. Попросили прийти без адвоката, — вспоминает Юлия. В декабре с родителями встретился мэр Евгений Первышов и его зам Виталий Косенко. Оказалось, что чиновники узнали, что у семьи нет своего дома и они живут в доме бабушки, и предложили помочь решить жилищный вопрос. Обещанного Виктор и Юлия прождали почти год. Однажды решили позвонить в администрацию и напомнить о себе. — Буквально через несколько дней позвонили мужу, сказали, что надо приехать посмотреть квартиру. Так как мы жили с бабушкой и всё там напоминало о Вике, да и жилье было не наше, а бабушки, мы согласились. Нам дали однокомнатную квартиру в поселке Краснодарском. Кто виноват? Буквально сразу после гибели Вики, 17 сентября, следователи возбудили уголовное дело в отношении заведующей детсада Татьяны Бурлаковой. Ее заподозрили в халатности, повлекшей смерть ребенка (ч. 2 ст. 293 УК РФ). Дело на личный контроль взял глава СК РФ Александр Бастрыкин. 8 октября главный специалист по озеленению департамента городского хозяйства Сергей Кравцов написал в соцсетях, что в ближайшее время Следственный комитет, скорее всего, предъявит обвинение в смерти ребенка и ему. Он заявил, что из него сделали козла отпущения, а «виновники трагедии останутся в стороне». Чиновник объяснил, что его обвиняют в том, что в марте 2018 года он, зная, что каштан поражен грибом, позволил обрезать только одну пораженную ветку, а не целое дерево. По его словам, на тот момент дерево не требовало валки, а представителя детсада предупредили о необходимости следить за состоянием в дальнейшем. Кравцов подчеркнул, что, согласно правилам благоустройства Краснодара, правообладатели, собственники и арендаторы земли должны сами мониторить состояние своего имущества и при обнаружении признаков ухудшения состояния дерева администрации детсада следовало обратиться в отдел озеленения. Также мужчина обратил внимание на тот факт, что к каштану был привязан тканевый полог площадью 20–25 квадратных метров, который, по мнению Кравцова, при сильном ветре создал эффект паруса и способствовал падению дерева. — Я считаю, что они виновны. То, что под суд пошла Бурлакова и Кравцов, скорей всего, это не все виновные, просто до них не дошли. Но они виновны в любом случае. Так как он, когда осматривал дерево в 2018 году, сделал неправильное заключение и это подтвердила судебная экспертиза. Дерево еще в тот момент надо было убирать полностью. Но Кравцов ставит под сомнение судебную экспертизу. Заведующая тоже считает себя невиновной. Хотя я считаю, что за всё, что происходит в садике, она отвечает. Если я привел ребенка в садик, я должен забрать его живым и здоровым оттуда, — заявляет Виктор Чередниченко. Смешной приговор 27 мая 2021 года Ленинский районный суд Краснодара вынес приговор Татьяне Бурлаковой и Сергею Кравцову по делу о смерти ребенка. Заведующую признали виновной в том, что она не предприняла меры для обследования и срочного удаления одного из деревьев, ствол которого был поражен грибной гнилью почти на 90%. Ее приговорили к полутора годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселения. Она также не сможет два года занимать должности, которые связаны с воспитанием и образованием детей. Чиновника, который за полтора года до трагедии проводил обследование аварийного дерева, освободили от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности дела. — Когда вынесли приговор, нас с женой он вообще не порадовал, он смешной даже. На апелляцию они сразу подали, потому что не согласны с приговором — заведующая считает, что очень жесткий приговор для нее. И Кравцов сразу подал, хотя ему вообще скостили за истечением срока давности. Хотя я не могу понять, какой срок давности, что за ерунда. Чтобы виновные действительно были наказаны В августе родители Вики подали апелляцию с требованием ужесточить приговор. — Я хочу, чтобы виновные были действительно наказаны. Я ж говорю — заведующей дали год и шесть колонии-поселения, я считаю, что это смешной приговор. Как будто ей путевку на курорт дают. Пускай даже срок и прежним останется, но не в колонии-поселения. И буду добиваться пересмотра приговора Кравцову. Ему изначально запрашивали 4,5 года. Но сейчас он просто получил судимость и всё. Сколько будут идти суды, еще неизвестно. Виктор Чередниченко жалуется, что заседания постоянно переносятся и процесс затягивается. Так, рассмотрение их августовской жалобы в Краснодарском краевом суде назначили на 30 ноября, а затем снова перенесли, — материалы дела опять вернули в Ленинский районный суд. — Естественно, это всё тяжело, и финансово, и морально. Сейчас у нас адвокат есть, адвокат работает. Посмотрим. Надеюсь, у нас получится всего добиться, потому что отступать мы не собираемся. Это был наш единственный ребенок. А то получается, что чуть ли не мы виноваты, что ребенка в садик привели. Виновных нет, никто не виноват. Получается, ребенок сам виноват, что вышла на прогулку и на нее упало дерево. Розы вместо дерева Через 40 дней после смерти дочери родители договорились с администрацией города и садика, чтобы в память о ней высадили цветы на территории учреждения. Виктор сварил арку, и там посадили розы трех видов. Юлия говорит, что после переезда из центра города они с мужем стали реже бывать на месте гибели дочери, но хотя бы раз в месяц стараются приехать и поухаживать за цветами. — Весной, когда розы цвели, старались чаще приезжать, поливали. На зиму обрезаем их. Потому что иногда садик забывает за ними ухаживать и они зарастают травой. Приходится напоминать.