«Она не могла есть и пить»: женщина умерла от разрыва кишечника через три недели лечения в больнице

Семья Татьяны Гергель из Волгограда два года пытается добиться уголовного наказания врачей больницы, где умерла их мама и бабушка. Женщина три недели в муках умирала на глазах медиков, пока ее жизнь не забрал сепсис, развившийся в результате нескольких разрывов кишечника. По мнению близких, спасти ее могла операция, которую так и не сделали, несмотря на просьбы родственников и настоятельные рекомендации специалистов из другого медучреждения. Подробности — в материале наших коллег из V1.RU. Заболела внезапно и серьезно Татьяне Гергель было 69 лет. Она была активной женщиной, которая делала всё, чтобы прожить еще долгие годы. Но умерла от обычной непроходимости кишечника. Не дома, не в результате самолечения, а под бдительным присмотром врачей клиники РЖД. — Из хронических болезней у мамы были панкреатит, пиелонефрит и повышенное давление в силу ее возраста. Моя мама всегда следила за здоровьем, — поделилась дочь погибшей Ирина Соколова. — 24 ноября 2020 года она несколько раз позвонила мне с жалобами на боли в области почек. Я настояла на вызове скорой. Как позднее сообщила мне мама, в ночь на 25 ноября медики приезжали дважды, но ее не стали госпитализировать, а только сделали обезболивающие уколы. Днем недомогание не прекратилось, и мы снова вызвали скорую. Бригада поставила ей предварительный диагноз «почечная колика». Маму госпитализировали в ЧУЗ «КБ «РЖД Медицина». В больнице Татьяна Гергель провела всего несколько часов. Уже вечером она ехала домой на такси — в госпитализации ей отказали, сославшись на то, что она может лечиться амбулаторно, в ближайшей поликлинике. — При этом, насколько я знаю, маму не обследовали, анализы не брали, диагноз не поставили. Лишь рекомендовали таблетки и уколы и дали направление на анализы, — рассказывает дочь Татьяны Гергель. — Весь следующий день с жалобами на работу больницы я звонила во все инстанции — в Министерство здравоохранения, облздрав, аппарат губернатора, приемную президента. Параллельно маме снова пришлось вызывать скорую помощь — госпитализацию бригада всё же предложила, но в коронавирусный госпиталь, где лечить маму на тот момент было попросту некому. На следующий день, 27 ноября, Ирина Соколова сама повезла маму на обследование в клинику № 1 ВолгГМУ, где врачи пришли к выводу о необходимости операции. — После ультразвукового обследования моей маме поставили диагноз «острый панкреатит» и выдали направление на госпитализацию в хирургический стационар ЧУЗ «РЖД Медицина». Врач в клинике ВолгГМУ мне пояснил, что при наличии жидкости в брюшной полости, которая была обнаружена на УЗИ, моей маме срочно необходимо хирургическое вмешательство. Три недели боли и ужаса Мать и дочь в стационар клиники РЖД приехали вместе, со всеми документами. По словам Ирины Соколовой, госпитализировали ее маму со скандалом. — В итоге госпитализировали, но не в хирургическое отделение, а в отдельный бокс, где, судя по всему, лечили от коронавирусной инфекции. На протяжении трех часов моего нахождения совместно с мамой, я никуда не отлучалась и могу точно сказать, что ей даже давление и температуру никто не померил. Вечером, когда я уже была дома, мама позвонила мне с жалобами на боли и открывшуюся рвоту. Неделю Татьяна Гергель провела в «коронавирусном» боксе. — Это время ей снимали симптомы: давали лекарства против рвоты, делали какие-то уколы, ставили клизмы. Только на седьмой день после госпитализации, после ухудшения здоровья, мою маму перевели в хирургическое отделение, где продолжили обследование. В первый день зимы-2020 Ирина Соколова поговорила по телефону с лечащим врачом, которого попросила провести операцию, как рекомендовали медики клиники ВолгГМУ. — Из-за коронавируса меня не пускали в больницу. О ее состоянии я узнавала от соседки по палате, которая спускалась и брала у меня еду — мама даже в ресторанах старалась не есть, только домашнее. Общались с мамой по телефону. Вечером 12 декабря она позвонила мне в слезах и призналась, что боли стали особенно сильными, она ничего не ест и не пьет. Через знакомых Ирина Соколова стала выяснять реальное состояние матери. Ей передали, что в карточке стоит диагноз «дивертикулез» и что 14 декабря ей должны сделать КТ в клинике № 1 ВолгГМУ, после чего будет назначена операция. — С самого утра я позвонила своей маме и спросила, как у нее дела. С ее слов, ничего не изменилось. Заходил врач — на этом всё. Я дозвонилась до главврача РЖД и пожаловалась на бездействие его подчиненных. Он ответил, что у них в больнице есть КТ и что моей маме срочно сделают КТ в «РЖД Медицине», а затем прооперируют. 15 декабря мне перезвонил кто-то из врачей, ругался, заявил, что ждет результаты КТ моей мамы, посмотрит их и если не будет рака, то будет оперировать. В тот же день Ирина Соколова смогла увидеться с мамой и была шокирована ее состоянием. — Моя мама была в очень плохом состоянии, полностью обезвожена: высохшая кожа, вся в морщинах, громадный вздутый живот. Ее мучили боли. Мама попросила дать ей чуть-чуть попить. При попытке сделать хотя бы глоток сока, ее начало рвать. Заведующий хирургическим отделением Александр Андриянов пообещал, что завтра, то есть 16 декабря, состоится операция — маме удалят часть кишечника, где нашли проблемы с проходимостью. С утра 16 декабря на телефон супруга Ирины, Юрия Соколова, позвонили с неизвестного номера. Ответить он не успел. Перезвонили супруги через 13 минут. Ответил мужчина, представивший сотрудником ЧУЗ «КБ "РЖД Медицина"». — Он сообщил, что моя мама скончалась. Я даже не сумела спросить, от чего, — с ужасом вспомнила Ирина Соколова. — На следующий день патологоанатом, производивший вскрытие, назвал мне причину смерти. Это разлитой перитонит, дивертикулярная болезнь сигмовидной кишки со стенозом просвета кишки. И что при вскрытии у моей мамы был обнаружен «суточный перитонит». После похорон Ирина Соколова приходила в себя несколько недель. А когда смогла хотя бы чуть-чуть взять в себя в руки после пережитого горя, отправилась в следственные органы с заявлением на врачей. Два с лишним года бороться за возбуждение уголовного дела ей помогала адвокат Елена Хальзова. Суд, который закончился ничем Ирина Соколова убеждена, что к гибели ее мамы привело халатное отношение врачей к своим должностным обязанностям. Впоследствии, кстати, это подтвердили сразу две экспертизы. Кроме того, в них прямо указано — требовалось оперативное вмешательство. Операция бы спасла жизнь Татьяне Гергель. — Считаю, что смерть моей мамы, Гергель Татьяны Максимовны, наступила в результате халатного отношения врачей ЧУЗ «КБ «РЖД Медицина», несвоевременному оказанию медицинской помощи, в результате неправильного и несвоевременного поставленного диагноза, — написала она в первом же заявлении — В связи с указанным считаю, что сотрудниками ЧУЗ «КБ «РЖД Медицина» Волгограда» не была оказана должная медицинская помощь моей матери Расследованием занимались следователи Волгоградского отдела следственного управления на транспорте СКР. Уголовное дело возбудили довольно быстро — постановление датировано 31 мая 2021 года. В рамках уголовного дела были выполнены две экспертизы в Саратове и Краснодаре. Но результаты у них практически одинаковые. За тем исключением, что одна, указывая на нарушения в оказании медицинской помощи, видит причинно-следственную связь со смертью, а другая — нет. — Основные нарушения (дефекты), допущенные на этапе оказания медицинской гражданке в ЧУЗ «КБ «РЖД Медицина» Волгограда» заключались в несвоевременном установлении факта наличия у больной стенозирующей формы дивертикулярной болезни толстого кишечника с кишечной непроходимостью, при наличии изначально и в динамике ее явных инструментальных признаков, а также несвоевременном проведении оперативного вмешательства на этапе развития тяжелых осложнений: некроз с перфорацией слепой кишки, разлитой каловый перитонит, тяжелый абдоминальный сепсис с явлениями инфекционно-токсического, — сказано во второй экспертизе. — Между допущенными нарушениями (дефектами) оказания медицинской помощи и развитием осложнений, приведших в итоге к наступлению смерти пациентки, имеется прямая причинно-следственная связь. Осенью 2021 года из уголовного дела по статье «Причинение смерти по неосторожности» выделили второе — по статье «Халатность, повлекшая по неосторожности смерть человека». — Причинение смерти по неосторожности вменили лечащему врачу Казбеку Мициеву. На Александра Андриянова, заведующего отделением, выделили материал по халатности, — уточнила Ирина Соколова. По информации государственной автоматизированной системы «Правосудие», уголовное дело на Казбека Мациева прекратили 22 декабря 2022 года. Причина — истечение сроков давности. — При этом мы постоянно возмущались затянутостью расследования, направляли жалобы в Москву и Ростов-на-Дону. Тем не менее истечение сроков было допущено следствием. V1.RU попытался узнать у Казбека Мициева его мнение и его версию трагедии. Однако от каких-либо комментариев он отказался. В уголовном деле отказано Близкие умершей женщины настаивали на привлечении к ответственности и заведующего отделением Александра Андриянова. — Александр Андриянов, опытный врач, который был обязан следить за работой только подчиненного, тем более неопытного, только-только окончившего вуз. И, на наш взгляд, по закону просто обязан стать фигурантом уголовного дела, — уверены близкие Татьяны Гергель. — Именно организация и контроль работы подчиненных входят в должностные обязанности, соответственно, он попадает под статью «Халатность». Месяц Ирина и ее адвокат Елена Хальзова звонили следователю, выясняя, возбуждено ли дело на Андриянова. Следователь был то занят, то в отпуске — и не давал конкретного ответа. При этом, как позже выяснили близкие умершей, ответ у него уже был. — 22 декабря 2022 года, когда мы пришли в Ворошиловский суд на решение по Казбеку Мициеву — а СК в том же здании, этажом ниже — мы зашли к следователю, который никак не хотел открывать дверь. И... он выдал нам отказ в возбуждении уголовного дела на Андриянова. Материал выделялся 10 ноября, отказ датирован 21 ноября. А получили мы его спустя 25 дней с момента принятия решения — то есть, когда мы звонили, он уже решил, что дела не будет. Сам Александр Андриянов сейчас работает в другой больнице. От комментариев он категорически отказался.