Онколог рассказал, что в России сотни тысяч больных раком не знают о диагнозе из-за пандемии

За 2020 год в России, по прогнозам онкологов, должны были выявить 661 тысячу случаев злокачественных опухолей. Но особые условия работы поликлиник и больниц, страх заразиться ковидом привели к тому, что врачи недосчитались 105 тысяч больных, рассказывают наши коллеги из «Доктора Питера». Цифры недоучета — это рак, который никуда не делся. Он в любом случае себя проявит, но на более поздних стадиях, когда вылечить, продлить жизнь станет значительно сложнее. Уже по статистике видно, что провал в 2020 году отразился на количестве больных в первые 9 месяцев 2021-го. При этом в некоторых регионах по цифрам видно, что растут стадии — больше диагнозов ставят на поздних сроках. — У нас в стране по итогам 2020 года — дефицит выявляемости злокачественных опухолей, — объяснил «Доктору Питеру» президент Противоракового общества России, профессор Давид Заридзе. — В 2020-м, по прогнозу, должны были выявить 661 тысячу больных, «дефицит» составил 105 тысяч человек — это «недоучет» в 16 процентов. Давид Заридзе — президент Противоракового общества России, заведующий отделом клинической эпидемиологии НМИЦ онкологии им. Н. Н. Блохина, доктор медицинских наук, профессор, член-корреспондент РАН. Промедление опасно Есть некоторые формы рака, для которых промедление в год или два может быть фатальным. — Наиболее опасный в смысле задержки — рак легкого: минус 8780 случаев в 2020 году, — приводит цифры статистики Давид Георгиевич. — С точки зрения того, что быстрее всего прогрессирует: это 2,5 тысячи меланом, 4,5 тысячи рака желудка, 12 тысяч раков ободочной и прямой кишки, 11 тысяч рака молочной железы. Конечно, самая опасная ситуация — по раку легкого, но длительное оттягивание начала лечения других видов рака тоже недопустимо. — Рака кожи недосчитались 24 тысячи случаев, но это волнует меньше, потому что рак кожи течет очень медленно. Это, можно даже сказать, «доброкачественная опухоль», конечно, в кавычках. В случае с раком кожи довольно большой процент гипердиагностики: люди обращаются к косметологам, они предполагают рак кожи даже там, где его нет, — описывает ситуацию профессор Заридзе. — Но меня волнует недоучет меланомы — серьезного и тяжелого заболевания, которое, если выявлено вовремя, очень хорошо поддается лечению. Поймать рак на ранней стадии — почти синоним успешного лечения для всех видов рака. Это касается не только меланомы. — Рак поджелудочной железы — очень тяжелое заболевание, очень трудно поддается лечению, но при этом 2 тысяч случаев недосчитались, — подчеркивает Давид Георгиевич в разговоре с «Доктором Питером». — А, например, рак предстательной железы с 9 тысячами невыявленных случаев не вызывает беспокойства, так как во всём мире идет гипердиагностика. Часто ставится диагноз там, где его нет. Своевременный скрининг Недоучет — это проблема не только России. К сожалению, она распространена по всему миру. В Италии рак стали обнаруживать на более поздних стадиях, это приводит к более позднему началу лечения и менее позитивным результатам. — Давайте не будем обвинять в этой ситуации локдауны и ограничения, — сразу предупреждает Давид Заридзе. — Локдауны — правильная и адекватная реакция на пандемию. Да, недоучет с этим связан, но локдауны вводили из-за необходимости, в тот момент ковид был приоритетнее. Надо знать, что есть проблема и что с ней необходимо разбираться. Онколог предлагает сосредоточиться на следующих моментах: адекватно информировать людей, что, если есть жалобы, необходимо обращаться к врачу; создать адекватные и комфортные условия в поликлиниках, чтобы не было очередей, а пациентов не разворачивали без оказания помощи; восстановить скрининговые программы. — Но не все туда включать, а только те формы скрининга, которые рекомендует ВОЗ, — подчеркивает профессор Заридзе. — Все они адекватные, правильные и научно обоснованные. Онколог приводит в пример Голландию. В стране в самом начале пандемии ковида увидели проблему с недиагностированным раком и исправили ситуацию. Восстановили скрининговые программы, обратились к людям с просьбой не затягивать обращение к врачам. — Конечно, Голландия — маленькое государство, но мы должны понимать, в каком направлении двигаться, — считает Давид Заридзе. Нужны деньги и кадры Наплыв злокачественных опухолей ожидают к 2023 году. Первые признаки, что он будет, появились уже в 2021-м, когда только за 9 месяцев выявили более 700 тысяч случаев рака — больше прогнозируемого. В 2022-м тенденция сохранится или даже усилится. — Мы должны подготовиться к ситуации, для этого нужны кадры, деньги, возможности, — уверен Давид Заридзе. — Вопрос не в диспансеризации, это другая история. Диспансеризация подразумевает оценку здоровья здорового населения. В случае, когда появляются жалобы, надо идти к врачу, в поликлинику, амбулаторию. Надеюсь, что грамотных врачей всё же большинство. И что организаторы здравоохранения, сотрудники ведомств, министерств в курсе проблемы. Ковид рано или поздно уйдет, а мы останемся со злокачественными опухолями, с ухудшенной ситуацией. Смертность от рака в России снижалась, включая 2019–2020 годы. Это давняя тенденция. Чтобы сохранить благоприятный тренд, достижение которого стоило больших усилий, надо срочно действовать. Вопрос стоит остро, в том числе и с финансовой стороны. Ведь больные на более поздних стадиях требуют более сложного и дорогого лечения. — И это надо принять во внимание при планировании финансирования на будущий год на лечение и профилактику онкологических больных, — уверен Давид Георгиевич. — Всё это большой стресс и давление на систему здравоохранения, на систему онкологической помощи. Не надо искать виноватых. Таких нет. Надо адекватно оценивать ситуацию и эффективно на нее реагировать.