Коррупция в Сочи: историк перечислили первые мошеннические схемы администрации курорта

Сочи впервые оказался в центре коррупционных скандалов еще в XIX веке. Исторические исследования показывают, что чиновники того времени активно использовали свои полномочия для захвата земель. В те времена, когда Сочи только начинал развиваться как курорт, вопрос о распределении земель стал объектом зависти и стремления к обогащению. Местные чиновники находили разные способы обойти законы и использовать свою власть для получения личной выгоды. Эти действия, на которые закрывали глаза или даже поддерживали высшие инстанции, заложили основу для долговременных злоупотреблений. Самые известные факты — в подборке Владимира Костиникова. Продажа земли избранным по заниженной цене В феврале 1881 года статский советник Арсений Васильевич Верещагин приступил к прокладке просек по проектируемым улицам посада Даховского (Сочи). И вот, на том месте, где Верещагин планировал сельскохозяйственную и ремесленную школы, обнаружилась вырубка вековых дубов. Площадь — около 2 десятин (примерно 2 гектара). Статский советник стал выяснять обстоятельства незаконной вырубки и неожиданно обнаружил в протоколах канцелярии посадского управления, что эти земли местные власти разрешили занять некоему господину Городецкому, причем официально оформили участок Городецкому задним числом (в мае 1881 г.), чем нанесли большой урон интересам Сочи. Оформили 2 десятины как «выгонные земли» — а это по 10 рублей за десятину, но не как посадские — по 240 рублей. Хищение и растраты Крупную растрату совершил назначенный в 1902 году управляющим бывшим Хлудовским имением, перешедшим в казну, статский советник Буйницкий. Купленное казной имение Хлудова распродавалось участками. Буйницкий должен был заниматься обустройством и на месте показывать участки, оформлять документы, принимать деньги и тут же перечислять их в банк. Вскоре начинает беспокоиться управление государственных имуществ отсутствием своевременных отчетов о деятельности Буйницкого. Затем обнаруживается, что Буйницкий получил больше 5 тысяч рублей от покупателей участков, но нигде не отчитался об этом и не сдал в банк. Письмо с уговорами к нему отправлял даже министр земледелия и государственных имуществ А. С. Ермолов. Буйницкий только посылал телеграммы с извинениями. Деньги не вернул, отчета не дал. Была сделана ревизия, обнаружено еще и множество других растрат, дело передали судебному следователю. Одновременно, а именно в 1903 году, только что избранным городским старостой С. С. Саввичем при приеме городских денежных сумм от прежнего городского управления, обнаружена из сумм запасного капитала разность в 9000 рублей. По книгам городского управления запасного капитала должно было быть 14 153 р. 61 к., между тем как в наличности в городской кассе всего лишь 5153 р. 61 к. Где же хранятся остальные деньги? Прижатый к стене 5 ноября, во время приема, бывший городской староста И. Д. Годзи внес 9000 рублей в городскую казну. При работе комиссии по ревизии, назначенной по распоряжению губернатора, обнаружен недочет еще на 2000 рублей, полученных старостой за купленный неким М. Шапшалом городской участок (1086 руб.), но не занесенных на приход, а оставленных старостой у себя. В базарной книге записи велись карандашом, обнаружены подчистки и поправки на корешках книг по взиманию базарного сбора… Принимались деньги самим старостой. Всего недочет — 2700 рублей. Были обнаружены и другие примеры казнокрадства. Госпоже В. А. Лалош Годзи застраховал дом за счет города, с нарушениями оплаты размещал у местных жителей служащих полиции и т. п. — еще на сотни рублей. Ну и, конечно, выявилась незаконная раздача земельных участков из городской земли. Коррупционный аудит Выявивший все эти злоупотребления староста С. С. Саввич руководил Сочи недолго, и после его отставки, в январе 1905 года городские уполномоченные (так тогда назывались депутаты) при рассмотрении сметы доходов обнаружили, что и этот староста оставил крайне неважные денежные дела. Уполномоченные от отчаяния обратились к Черноморскому губернатору с просьбой разрешить им постоянную ревизионную комиссию для проверки действия городского старосты, или хотя бы прислать чиновника из губернского правления для ревизии. Следующий староста Бонкер правил всего год и, как вы все уже догадываетесь, оставил следующему старосте Прилукову пустую кассу. Прилукова сочинцы посчитали неплохим выбором. Во время революции он организовывал постой присланных войск, занимался очисткой города (вычистка канализационных канав была просто равна одному из подвигов Геракла), построил прогимназию. Но неожиданно случился скандал! Перераспределение земель для себя В Соболевке были выданы земли мелкими участками для беднейших жителей Сочи, преимущественно ремесленников. И вдруг! Совершенно неожиданно! Лучшие из участков на Соболевке оказались в собственности у городского старосты Прилукова и других деятелей управы: секретаря Булатова, бухгалтера Князева. — Как, и вы ремесленник? — спросил у Прилукова знаменитый сочинский доктор с Мацесты Подгурский. — Я, пожалуй, от своих откажусь, — сказал припертый к стене староста. Через 2–3 минуты, оправившись от смущения, подозвал доктора Подгурского и уже развязно заявил, что они де «управцы» взяли там участки, чтобы подать пример, а за ними потянулись тогда и другие… Воровство и «откаты» при строительстве Следующий городской староста Клочанов первым делом занялся благоустройством Сочи. Решил проблему с «Чертовым мостом» на Приморской улице. Старый деревянный мост вызывал страх у местных жителей. Строится уникальный по тем временам железобетонный мост (только в Петербурге за год до этого появились такие на Каменном острове). Мост обошелся в крупную сумму 1475 рублей. Городские уполномоченные поинтересовались у старосты, чем вызвана такая большая затрата на пешеходный мост, ведь через этот же овраг переброшен и полноразмерный, каменный мост, который был значительно дешевле. Староста заявил, что на этот мост не может быть ни сметы, ни других объяснений, так как понять технические тонкости смогут только специалисты фирмы «Железо-Бетон», но не уполномоченные. А что пресса? Сочинцам оставалось только проклинать своих городских руководителей на страницах местной газеты. «Сочинский листок» № 206 от 18 августа 1913 года: «„Мы» и «они». Посвящаю нашему муниципалитету. О вы соль мудрости сочинской земли! О вы избранники народа! Народа, владеющего домами, но не квартирами: Вы... Доколе будет терзать, топтать и зло смеяться над нуждами пославших вам в собрание представителей города. Неужели вы никогда не додумаетесь, что печален конец, коль рубить ветку того дерева, на котором вы сидите – терпение избирателя. Помните и не забывайте – как аукнется, так и откликнется. Царствование ваше не вечно, как не вечно и все, что под луной. Час расплаты близок. Расплаты беспощадной. В дни избрания, те, кого вы забыли вспомнят вас и наградят вас черняками. За все… За то что вы не позаботились улучшить санитарное состояние города, последствием чего была тифозная эпидемия. Не улучшили финансы города, а ухудшили — измучив избирателя — собачьими налогами. Провалили проект преобразования прогимназии в гимназию. Раздарили землю в центре города богатым учреждениям, а бедных обывателей послали селиться к черту на кулички, а именно на Соболевку. За то, что вы своей черепашей жизнью и многословием превратили жизнь города в пустыню без жизни. Уверениям вашим поверили и избрали, но вы доверия не оправдали. Кроме того, вы бесплодны в хозяйственных проектах, как засохшая смоковница. И поэтому с вами поступят, как поступают с засохшей смоковницей, — выкопают и выбросят и «посадят» других, более деятельных и практичных. Милости не ждите. Милости здесь не место. Городское хозяйство, это жизнь, а жизнь любит энергию и бури, а не мертвечину. Живой с живыми. Мёртвому место на кладбище, а вам... Могила забвения, что все-таки есть милосердие», — Глеб Лидин. (Сохранены авторские орфография и пунктуация).