Сэмюэл Л. Джексон, актер, продюсер: «Я знаю, где зарыты скелеты»

Число фильмов, в которых он снялся, давно преодолело сотню. За свой вклад в развитие киноиндустрии он удостоен Звезды на голливудской «Аллее славы», её номер – 7018. Внимание к нему как к актеру не утихает с 70-х годов прошлого века. Нынешний фильм Квентина Тарантино «Джанго освобожденный» очередной раз всколыхнул волну интереса к Сэмюэлу Л. Джексону. «Будет ли «Джанго...» спорным фильмом? – удивляется вопросу Джексон. – Работа Квентина Тарантино. Разве может быть иначе?..» – Сэмюэл, что привлекло вас в фильме «Джанго освобождённый»? – Квентин Тарантино. Я сделал с Квентином пять фильмов, и все они были хороши. Он просто зовет меня, я говорю: «Да, здорово». – Вы, безусловно, стали его ведущим актером. – Напротив: очевидно, что нет. Я не мог оказаться в «Бесславных ублюдках». Ему потребовалось некоторое время, чтобы прийти ко мне и сказать: «Хорошо, я буду использовать твой голос» (в «Бесславных ублюдках» Самюэль Л. Джексон исполнил роль рассказчика – Прим. авт.). Потом он спросил меня, говорю ли я по-французски, и я сказал .... «Ну, нет... не все ли равно?» (Смеется.) – Как за эти все годы изменились ваши отношения? – Ничего не произошло. Они преимущественно такие же. Сродни тому, будто мы катимся от одного фильма к другому. Мы появляемся на съемочной площадке, и нам по-прежнему весело. Много смеемся, много работаем, и он дает мне много свободы, чтобы я мог создавать то, что мне нужно создать. Главная проблема, которая была в «Джанго» – выяснить, как Стивен выглядел на самом деле. Как только мы это поняли, все стало здорово. – И что же вы решили? – Мы решили, что парень черный. (Смеется.) – Что вы можете рассказать о своем герое – Стивене? – Он – раб, и он принадлежит Леонардо Ди Каприо... Однако у него больше свободы, чем у какого-либо из других рабов на плантации… Я тот парень, который управляет плантацией, даже когда владелец там. У меня большая свобода и власть на этой плантации. Я самый старый раб на плантации и знаю, где зарыты все скелеты. Новая лента о легендарного Квентина Тарантино «Джанго освобожденный» (Django Unchained) – снята в жанре спагетти-вестерн. Главную роль исполняет Джейми Фокс, его напарник – Кристоф Вальц. Мировая премьера фильма состоялась 25 декабря 2012 года, однако еще до этого некоторые критики, уже увидевшие новый проект Тарантино, включили его в собственные списки лучших фильмов года. Фильм уже собрал множество престижных наград . Кристоф Вальц и Леонардо Ди Каприо получили нескольких премий сообществ кинокритиков. Сама картина была выдвинута в четырех номинациях на «Золотой глобус», завоевала призы в двух – «Лучшая мужская роль второго плана» (Кристоф Вальц) и «Лучший сценарий» (Квентина Тарантино). На 85-й церемонии вручения премии «Оскар» картина претендует на главный приз – лучшая картина года, а кроме того представлена еще в четырех номинациях. – Как вы готовились к этой роли? – Ты не исследуешь, как играть такого человека. Ты просто должен выяснить его отношения со всеми остальными в сценарии и проделать внутреннюю работу исходя из этого. – Вы были удивлены тем, что Тарантино займется таким вопросом, как рабство? – Не более чем тем, что он взялся за тему Второй мировой войны… – Какая связь между этим фильмом и культовым фильмом 1960-х годов «Джанго»? – Одинаковое имя. – И это все? – Почти. В нем присутствует Франко Неро (звезда оригинального Джанго)… Но больше нет никакой взаимосвязи в чем бы-то ни было, по крайней мере из того, что я мог бы еще назвать. В этом фильме нет ничего от старого. Это история о рабе по имени Джанго, который в начале фильма разлучается со своей женой и хочет ее найти. К счастью для него появляется «охотник за головами». Он берет Джанго с собой, так как раб стал свидетелем убийства на плантации. «Охотник за головами» знает, что он может опознать этих трех убийц. Он говорит ему: «Я научу тебя быть охотником за головами... Я помогу тебе найти твою жену, ты сможешь ее вернуть». И это все превращается в историю о мести и любви. – Вы обрели много совершенно новых поклонников, играя Ника Фьюри в фильмах компании «Марвел» (кинематографическая компания «Марвел» снимает фильмы по комиксам, в том числе и ленту «Мстители», в которой Самюэль Л. Джексон исполнил роль супергероя Ника Фьюри – Прим. авт. )… а какой жанр все-таки предпочтительнее для вас: фильмы о супергероях или вестерны? – Я думаю, если бы мне пришлось выбирать, я бы предпочел вестерны. Я вырос на творчестве Джина Отри (музыкант, актер, радио и телеведущий, создатель Кодекса Ковбоя – Прим. авт.), Роя Роджерса (американский актер, ковбой и певец – Прим. авт.), Лэш Ла Ру (актер, продюсер – Прим. авт.) и шоу таких телевизионных шоу, как «Разыскивается: живой или мертвый» и прочее… Знаете, вестерны раньше были одним из основных продуктов американского кино и телевидения... Я и мои друзья играли в ковбоев и индейцев. – Что делает Квентин Тарантино на съемочной площадке, что отличает его от других режиссеров? – Подает алкоголь и играет музыку. (Смеется.) – И что он подает? – Это зависит… Давай посмотрим… Был день, когда был самогон. Несколько дней были кадры с текилой. Еще несколько дней – бурбон. Маргарита, сакэ ... Да, у них было много дней с выпивкой. – По твоему мнению, его лучший фильм это – ...? – … «Джеки Браун» (1997, с Джексоном и Пэм Гриер). – Почему? – Это действительно великая история. Действительно хорошее кино, великолепное развитие характеров. Это очень взрослый и мрачный фильм о людях на распутье, которые пытаются решить, что делать со своей жизнью. – Изменилась ли атмосфера на площадке у Тарантино с того момента, как он только начинал работать и по сей день? – Нет. Атмосфера – все та же. По-прежнему забавно… Ну, появилось больше денег, более крупные подъемные краны, всякие игрушки и вещи... Но, кроме этого, есть музыка, есть смех. Есть Квентин, стоящий рядом с камерой, вместо того, чтобы сидеть у монитора, и смех в середине твоего кадра или всякие реакции на что-то, когда ты не можешь закончить. Это не изменилось. (Смеется.) Тот же самый энтузиазм, та же самая радость, та же самая творческая свобода. Это просто замечательно. Отличная атмосфера для творчества. – Вы всегда сходитесь во взглядах? – Вначале всегда есть расхождение во мнениях об одном или другом. Я имею в виду вот что: в «Криминальном чтиве» по идее Квентина Джулс – это парень с длинными афродредами. Но молодая белая девушка, которую он послал купить такой афропарик, вернулась с париком в стиле Jheri curls (перманентная завивка волос, при которой кудри частично расправляются и становятся пружинистыми, в стиле Майкла Джексона – Прим. авт.). Ну, дайте мне попробовать его. Я надел его, мы посмотрели, и он сказал: «Нет, нет, нет...». А я говорю: «Да! Это прекрасно! Это правильно». Он думал, что дреды – это круто, пока я не показал ему фото NWA (Niggaz Wit Attitudes – «Нигеры с мнением» – американская хип-хоп группа, которую многие считают одним из основателей поджанра гангста-рэп – Прим. авт.), в которой у всех были Jheri-кудри. Я сказал: «Это смотрится». И это было так. То же самое с «Джеки Браун»… Я хотел, чтобы Орделл выглядел так, как он в итоге выглядит в фильме. Но Квентин говорил: «Нет, я не думаю, что это сработает». Тогда я пошел и заставил своего мастера сделать парик, козлиную бородку и другие составляющие образа. В один из дней я напялил все это и пошел прямо на производственное совещание. Меня не узнали. Все начали кричать: «Как вы попали сюда? Кто вы?» А я приблизился к его столу. Он посмотрел на меня и решил: «Хорошо, ты прав». Таким образом, это такие незначительные вещи. Как я сказал, самой большой проблемой в этом фильме для меня было выяснить, на кого похож был Стивен. Я хотел, чтобы Стивен был максимально черным. Мы попробовали. И Квентин позволил мне зайти далеко с этим, но некоторые вещи из-за всяких интерпретаций и других людей, и прочего трансформировали задуманное... В итоге мы, наконец, пришли к пониманию о том, как будет выглядеть Стивен и как это будет. – Сложно представить вас, играющего героя, покорного и робкого... – Я бы не сказал, что он робок и покорен. Он – раб. Он раб, но самый влиятельный из себе подобных на плантации. Стивен – собственность, но и он не собственность в то же время. Он внушающий страх... Он – глаза и уши владельца и, по существу, хозяин… – Вас называли самым трудолюбивым актером в Голливуде. Это, действительно, вы? – Нет. – А кто? – Сложно сказать... Кажется, я задал этот стандарт несколько лет назад, и теперь люди пытаются ему соответствовать. Вы знаете, четыре или пять фильмов в год – это круто. Есть много людей, которые сейчас начали это делать. – И вы так делаете? Четыре или пять фильмов в год? – Нет. Возможно, три. Я не знаю, почему. Телефон уже не звонит так часто, как раньше... (Смеется.) – Вы готовы к тому, что фильм будет спорным? – Будет ли «Джанго освобожденный» спорным фильмом? Это работа Квентина Тарантино. Разве может быть иначе? – Что было самой большой проблемой во время съемок? – Самая большая проблема? В Новом Орлеане жара. Комары ночью – как птицы. Очень жестокие. Некоторые из этих ночных съемок были сумасшедшие. (Смеется.) – Какие надежды вы возлагаете на «Джанго освобожденный»? – Мои надежды? Надеюсь, что он понравится людям, что люди будут им наслаждаться. Знаю, что люди будут обсуждать его. Потому что это Квентин, а это уже тема для обсуждения.