Откровенный разговор с Сергеем Ершовым. О неудачах в бизнесе, зависимостях и роли Иваныча в «Реальных пацанах»

На российском телевидении не так много проектов-долгожителей. Сергей Ершов имеет отношение сразу к двум из них. В «Уральских пельменях» он соучредитель, автор, актер и продюсер, а в «Реальных пацанах» у него яркая роль Иваныча — отца главной героини. E1.RU поговорил с Сергеем Ершовым о 12-летнем проекте «Реальные пацаны», об «Уральских пельменях», которым скоро 30 лет, и о жизни самого Сергея, отметившего в этом году 55-летие. Он рассказал про свои попытки заниматься бизнесом, а не только юмором, про десятилетнюю игроманию и про гипертонический криз, «спасший» его от табачной зависимости. Про бизнес и образование сварщика — За все эти годы вы никогда не думали отвлечься от юмора и уйти в бизнес, никак не связанный с медиа? — Это всё уже пройденный этап. Я ставил мюзикл как продюсер, открывал ночной клуб в Екатеринбурге — на два года меня хватило, потом понял, что вообще не мое, и сильно потерял по деньгам. Но мне всё не хватало мужества сказать себе, что из этого ничего не получится. А я всё оттягивал. И автосервис у меня был с романтичным именем и абсолютно безо всякой фантазии — «Татьяна» (Так зовут супругу Сергея. — Прим. ред.), и воду минеральную фурами возил... Всё было. Но пришло всё к тому, что зачем искать то, чего нет? Если у меня очень хорошо получается писать юмор и быть продюсером, то зачем мне заниматься минеральной водой? И в «Пельменях» у многих так было. Многие пытались заниматься бизнесом — кто автомойку держал, кто недвижимостью торговал, но все вернулись в альма-матер, в юмор. Поэтому сейчас мы все очень дорожим этой историей и трепетно к ней относимся, так что если идут какие-то поползновения к распаду или извне кто-то пытается что-то у нас забрать, это всё очень быстро пресекается. Потому что мы знаем, что это для нас единственное [занятие] и самое важное. — Получается, что сейчас два проекта, с которыми вы связаны, — одни из самых долгоиграющих на телевидении. Вам не надоело? — Был какой-то момент в «Пельменях», когда думал: «Ну сколько можно?» А потом так сядешь, подумаешь — это ведь интересно, придумывать что-то, чего еще за все эти годы не было. Самое интересное, когда актеры начинают читать написанное, и смеются. Для автора это настоящий кайф! А еще круче, когда актер не смеется, говорит: «Что это за фигня?» — ты просишь его всё равно сделать, и зал разрывает. — Актеры, спортсмены и другие медийные люди нередко уходят в политику. Вы об этом не думали? — Знаешь, а я хотел. Лет десять назад. Потом понял, что это не мое. Я оказался очень косноязычным человеком, а смотря на то, что происходит сейчас в политике, я понимаю, что нужно уметь очень хорошо говорить. Причем делать, как выяснилось, необязательно. А я говорить не умею, я умею делать. Поэтому политика — не мое. — А вообще вы учились на сварщика. Неужели правда видели себя в этой профессии? — Я сначала хотел быть инженером-конструктором, что-то проектировать. Ничего ведь тогда не было в магазинах, а если было, то стоило денег. У мамы клянчить — такое себе. И мы с товарищем ласты сами себе делали, теннис настольный сами сделали — кроме шариков, и еще много чего. Поступал я в УПИ на «промышленные транспортные машины и роботы», очень любил фантастику и фанател по роботам. Но мне не хватило баллов — нужно было 18, а я набрал 17. Мне сказали: «Ты вроде не дурак. Тут на сварке есть свободные места. Пойдешь? Потом переведешься, если что». Конечно, пойду! В Карпинске застыдят, что не поступил. Начал учиться и понял, что главное — это стройотряд, а не роботы. Так и доучился. Но на этом моя история со сваркой закончена, варю я отвратительно. Но я специально купил сварочный аппарат на дачу, иногда что-нибудь им прихвачу и так радуюсь! Про популярность и автографы — Когда вы появились в «Реальных пацанах», волна популярности не переплюнула славу от «Уральских пельменей»? — По «Пацанам» я четко помню день и место. Только вышла пятая серия, в которой я и появился, мы с женой шли по «Парк Хаусу» между этими киосками, где всякую всячину продают. Стоит девушка, смотрит на меня и говорит: «А вы в "Реальных пацанах" не снимались?» Я почему-то сказал: «Нет». Видимо, меня настолько врасплох застала ситуация. Я прям запомнил ее следующие слова: «Вы так жестко похожи на папу Леры! Прям жестко похожи». И тогда я понял, что вот оно, началось. — Больше не отвечали людям, что это не вы? — Иногда отвечаю. Была смешная история. Я стоял в магазине с товарищем, мы переговаривались у кассы. Кассирша прекрасно всё слышала, и когда я подошел, она мне прямо в глаза смотрит и говорит: «Молодой человек, у вас голос феноменально похож на голос Сергея Ивановича из "Реальных пацанов"». Я говорю: «А лицо?» — а она: «Нет, лицо не очень». Что тут ответишь? Еще всегда смешно, когда у меня спрашивают, снимался ли я в «Реальных пацанах», я отвечаю «да», а мне говорят: «Серьезно? Да не может быть!» И тоже непонятно, что говорить. — Может, просто не так часто встретишь в Екатеринбурге известного человека, вот и уточняют по наивности. — Да нет, в Екатеринбурге нередко известных людей видят и, по крайней мере, не кидаются на них. А вот в Оренбурге я без маски метра не мог пройти. Не знаю, почему так. Может у них «Реальные пацаны» по нескольким каналам идут. Я в маске и очках прошел по улице, вышел из магазина, стоит парень, меня ждет. Попросил сделать фото, а я сдуру снял очки и маску. И всё. В итоге пришлось убегать. В Екатеринбурге такого нет. Если раньше я без маски принципиально не ходил, еще до пандемии, то сейчас поспокойнее, с годами всё поменялось. Узнает кто-то — поздоровается, сфотографируется. Но такой узнаваемости, как раньше была, уже нет. — Не грустите, что стало меньше внимания? — Нет, я даже как-то с облегчением выдохнул. Я всегда стараюсь никого не обижать и сфотографироваться, и руку пожать, и подписать что-то... Я, кстати, вообще не понимаю, зачем людям эти автографы нужны? Люди просят подписать, я говорю, так давайте сфоткаемся. И реакция: «Ой, а можно?» Бывает, что подходят и просят просто меня одного сфотографировать — тоже непонятно. Про детей — В сериале вы — жесткий отец, который переживает за свою дочь и ее будущее. В жизни вы тоже следите за тем, с кем общаются ваши дети? — У меня не было такой паранойи. Я сам общался с кем хотел, мама никогда за этим не следила. Она могла сказать: «Ой, вот это нехороший мальчик», но это максимум. Так что мои дети тоже сами выбирали окружение. Я вообще всю жизнь говорил, что люди сами выбирают, какими им быть, и это очень сильно зависит от компании. В классе условно есть кучка хулиганов и кучка отличников, вот и выбирай, к кому идти. Либо организовывай какую-то свою кучку. Я к отличникам ходил, но и к хулиганам иногда тянуло, они веселые были. А потом выбрал институт вместо ПТУ и завода — хотя в этом ничего плохого нет, и в Екатеринбурге сразу же попал в студенческий отряд. Это всё было максимально в какую-то положительную сторону. Мои дети, как мне кажется, тоже выбрали светлую сторону. — Чем они у вас занимаются? — Старший, Захар, работает в банке, параллельно занимается творчеством — историческое фехтование, косплей. Сам делает оружие, шьет костюмы, участвует в фестивалях. Я ему тоже помогаю, как могу — где реквизитом, где шуточкой. Младший, Назар, закончил школу и сейчас стоит на перепутье, куда поступать. Мы смотрели, куда он может поступить по результатам ЕГЭ, ему программа выдала 50 вузов в Москве и Екатеринбурге, куда спокойно можно подавать документы и поступать, причем бесплатно. — Если решит всё же в Москву, тяжело будет отпускать? — Ну я же сам из Карпинска переехал в Екатеринбург учиться. Так что я считаю, что те, кто оторвался от родительского гнезда, поувереннее себя чувствуют, активнее устраиваются, пробиваются, становятся более коммуникабельными. Хотя старший остался тут, но я не скажу, что он от нас зависит. Тоже сам по себе. — А дочь? — Она совсем взрослая. Они с мужем путешествуют по Европе. Они продали машину здесь и на эти деньги купили машину в Эстонии, на которой сейчас гоняют по Европе. До конца лета у них там планы — объехать всё. И это вообще здорово, прям моя мечта! Мы с супругой очень любим путешествовать. Мы на машине почти всё до Алтая объехали, дальше не забирались еще. Про юбилей, казино и сигареты — Не так давно у вас был юбилей. Как отмечали? — Мы с женой поехали в Казахстан. Были в Боровом, в Астане. Побывали в одном очень интересном месте, и это как раз в тему сериалов тоже — рекомендую очень «А.Л.Ж.И.Р.» — и мы были на том месте, где этот лагерь был. Там реалистичные экспозиции и большой музей. Если будете там, обязательно сходите! История о сталинских лагерях очень поучительная. Акмолинский лагерь жен изменников Родины (А.Л.Ж.И.Р.) — крупнейший советский женский лагерь, один из трех «островов» «Архипелага ГУЛАГ». В 1938 году в лагере находились около 8 тысяч заключенных женщин. А в Боровом я с удовольствием сходил в казино. Не понимаю, почему у нас в России казино есть только в одном месте. — Так вы азартный человек! — Я не азартный и поставил себе цель, что если проигрывать, то определенную сумму — 100 евро, не больше. И носитель этих ста евро — моя жена. Как только лимит исчерпан, уходим. Поэтому тут всё четко. — Какой ответственный подход... — Очень! Потому что я в свое время сильно сидел на казино. Десять лет это длилось, и те времена я вспоминаю как ужас, конечно. Это с 30 до 40 лет примерно длилось. Молодой был, дурачок. А потому что казино было в Москве, прям под домом. Я жил на Арбате, и эти казино в линию стояли вдоль Новоарбатского проспекта — «Мираж», «Золотая корона»... Вот в Боровом почему хорошо было — потому что казино далеко от городов. Ты просто так не пойдешь и не проиграешь, тебе нужно заморочиться, доехать, возможно, даже снять номер в гостинице и тогда поиграть. А если ты можешь снять номер в хорошем отеле, то ты можешь позволить себе и проиграть какую-то сумму. А ведь у нас раньше что творилось и почему всё это запретили, так потому что до маразма доходило — аппараты стояли в продовольственных магазинах. Слышал, что подпольные казино и сейчас есть, но никогда не был. — Десять лет — очень серьезный срок. Так и игромания могла развиться... — А она и развилась. Но однажды сказал себе: «Всё, хорош фигней заниматься». Это как с куревом. Я начал курить в 36 лет. Представляешь, какая глупость? Я курил восемь лет как паровоз — по три пачки в день. Я вспоминаю те времена, и это был какой-то ад. У меня была постоянная паника, что чего-то нет — или зажигалки, или сигарет, или если сигареты кончаются, а у меня нет денег, чтобы их купить... Вечером у меня должно было быть две пачки сигарет: одна на сейчас, вторая на утро. Это был ужас! Как-то я понял, что по здоровью не вывожу и надо бросать. А я работал тогда автором, приезжаю к одной из команд, мне надо шутки писать, а у меня все мысли только о куреве. Пока другие там что-то разгоняют, я думаю о том, что вот бы мне сейчас сигарету, я бы тогда всё придумал. И что может сейчас снова закурить, а бросить потом... И так я за неделю ни одной шутки не придумал. Поехал к следующей команде, не выдержал, вышел на Белорусском вокзале в Москве, купил пачку сигарет. Первая сигарета была отвратительной, я два месяца не курил. Вторая уже получше, потом третья... Так я снова подсел и опять по три пачки в день. Зато мы там в КВН начали все выигрывать, потому что с сигаретой во рту как не придумать шутку? Но это такая мерзость и зависимость, с которой очень мало людей спрыгивают. — И как у вас в итоге это получилось? — Я бросил из-за здоровья. Я курил по три пачки в день, пил растворимый кофе по пять литров, не спал... И меня выключило, случился гипертонический криз. Меня прям понесли уже, я видел этот черный коридор... Давление было под 200, я идти не мог, меня ребята-кавээнщики несли. В Челябинске это произошло. Попал в больничку, недели две отлежался, и врач мне сказал: «Ты что хочешь делай, но курево — это самое отвратительное, что есть». Повезло, что у меня как отрубило желание курить. У меня даже в мыслях после этого не было сигарету взять. И сейчас я, конечно, максимально слежу за здоровьем. Но главное — спокойствие, всё же от головы идет. — Как отвлекаетесь, чтобы не нервничать? — Я стараюсь максимально много работать, а когда работы нет — время с супругой, дача, поездки. Когда я из гипертонического криза выходил, таблетки пил какие-то, обследования... Ничего не помогало. Раз в месяц что-то выскакивало. И тут я нарвался на одного врача хорошего, доктора Хамова, начал ходить к нему на сеансы. Мы просто разговаривали, он руками надавливал на какие-то точки... И примерно через пять сеансов полегчало. Я больше не чувствую никаких скачков давления, которые были раньше. Он научил меня, как снимать напряжение, и одна его фраза мне очень запомнилась: «Надо спокойно жить весь год с осознанием того, что раз в год ты осуществишь какую-то свою мечту». Пусть она не сразу осуществится, но мечтать надо. В прошлом году вот на Алтай собирались — семь лет там не были, но не получилось. Сейчас у нас новый проект намечается, теперь я его жду. — Давайте вернемся немного к теме казино. Не пытались посчитать, сколько вы потратили за эти десять лет? — Нет. А это не посчитать. У меня товарищ переехал в Америку с женой, и они ездили в Атлантик-Сити на выходные побаловаться в казино. И у него жена в «одноруком бандите» выиграла миллион долларов — 40% они заплатили налога и на руки получили 600 тысяч долларов. Они сразу купили дом в Нью-Джерси, а еще они пожизненно раз в год получают два номера в гостинице этого казино и каждый год это казино отправляет всю их семью в любую точку мира за свой счет. Но он что говорит: «Мы после этого выигрыша стали туда как на работу ездить и за семь лет, кажется, уже всё им давно вернули». То есть это замануха. В казино в Москве было так же: поесть и попить там было бесплатно. Пришел ты туда со ста долларами, а поел и попил на 150. И как посчитать? Когда-то я с выигрышем уходил, когда-то проигрывал, но никогда не было каких-то запоминающихся сумм. Чтобы я бежал и закладывал квартиру или машину — такого не было. Хотя я знаю многих людей, которые так делали. Я не настолько сошел с ума. Тут больше важен момент, почему я бросил играть — потому что мне стало жалко времени и эмоций. Это ведь, как правило, ночью происходило. И дело не в 100–200 долларах, а в том, что ты пришел туда после работы, проторчал всю ночь, уходишь расстроенный, если проиграл, не высыпаешься, а с утра тебе еще и работать нужно. И когда это год за годом происходит, задаешь себе вопрос: а зачем я вообще это делаю? Казино хорошо малыми дозами. — Перед юбилеем люди часто переосмысляют жизнь. У вас было такое? — Я, наверное, не настолько глубокий человек, чтобы так задумываться. Либо еще, может, слишком молод. — Бывают внезапные мысли из серии: «Как всё круто! Вот такую жизнь я и хотел?» — Трудно сказать. Мне кажется, так никто не думает. Жизнь-то, наверное, удалась, но говорить, что я абсолютно всем доволен? — То есть продолжать стремиться к чему-то еще? — Да не знаю. К чему стремиться? Я уже ленивый становлюсь. Все мы с возрастом за собой это замечаем. Берешься за что-то, на 90 процентов сделаешь, а оставшиеся 10 не можешь себя заставить. Жаловался на это другу, он говорит, что у него то же самое. Вот если бы можно было что-то вернуть из молодости, хочется побольше энергии. — А безумств и новых впечатлений не хочется? С парашютом прыгнуть, например. — Сейчас уже нет. Раньше думал, что сто процентов надо прыгнуть. А теперь почему-то думаешь больше о плохом, о худшем исходе. Остается ждать следующий этап — прыгать с парашютом в надежде, что что-то случится. (Смеется.) Начинаются мысли о том, как не хочется стареть и быть обузой. Как распознать плохой сериал — Ох, давайте с грустной ноты вернемся снова к сериалам. Ваш гигантский опыт автора мешал или помогал на съемках «Реальных пацанов»? Часто добавляете от себя что-то в сценарий и насколько вообще в Иваныче много реального вас? — Сколько во мне Иваныча? Не знаю. Сколько меня в Иваныче — тоже вопрос. Думаю, что 50 на 50. Я, конечно, не такой, как он. Я не такой резкий, я добрый и пушистый. Нам выдается текст авторов, но они не разговаривают языком актера, а несут мысль. Они и сами говорят нам не повторять слово в слово, ты же носитель образа. Я даже в «Пельменях» когда пишу, хоть и выучил уже все образы, но актеры всё равно чуть-чуть меняют под себя текст так, как им удобно. Советуются, конечно, не меняется ли смысл, не теряется ли шутка. То же самое в «Реальных пацанах». Единственное, что у меня по жизни есть внимание к мелочам, и меня очень раздражает, когда какие-то мелочи не соответствуют правде. Я огромное количество сериалов поэтому не люблю. Банальный пример: вот ты сидишь в квартире, в которой ты живешь уже сто лет, и когда звенит дверной звонок, ты смотришь на дверь? Конечно, нет! Так что когда ты в сериале такое видишь, знай — это плохой сериал! И таких мелочей очень много. Недавно смотрел сериал, где всё начинается с того, что человек с двумя арбузами очень долго бежит по полю, а за ним доберманы. Он добегает до машины, собаки его чуть не схватили, он роняет арбузы и прыгает в машину. Господи, ну арбузы ведь и у машины растут так же, как и в километре! Зачем всё это было? И это дальше никак не объясняется. Ни выхлопными газами у дороги, ни просто тем, что арбузы вдалеке ему больше понравились. Хоть что-то бы сделали, чтобы как-то этот маразм объяснить. Ничего! — А что точно стоит смотреть? — Я посмотрел всё по «Звездным войнам», очень мне нравится, The Boys — конечно, тоже шлягер, второй сезон мне показался слабее первого, но третий — просто бомба, «Игра престолов», Lost, «Во все тяжкие». Это всё очень мощные сериалы, которые нельзя не посмотреть. А вообще я сейчас все сериалы с женой смотрю, если вкусы совпадают. И из российских, надо сказать, неплохие сериалы появились. Горжусь. Сейчас начали смотреть «Ваша честь», «Шифр» смотрели — актрисы очень хорошо играют. Еще рекомендую очень яркий и красочный фильм «Казанова» — там про мужчину, который охмурял богатых женщин и забирал у них деньги. При этом ни одна так на него в полицию заявления и не подала, и там каждая серия — новая история с новой женщиной. В прошлом году Сергей Ершов вместе со всеми «Уральскими пельменями» выступал на юбилее КВН. Прочитайте лучшие шутки команды.