«Просят научить пса открывать холодильник»: как самарец создал «хвостатый» бизнес

Собака, как и человек, нуждается в воспитании. Домашний любимец может стать не только другом, но и помощником: встречать ребенка из школы, открывать холодильник, отвечать на телефонные звонки. Дрессировщик собак Артем Киселев нашел свой подход не только к собакам, но и к бизнесу, открыв в Самаре кинологический центр. Теперь он учит взаимопониманию хозяев и их хвостатых любимцев. Мы пообщались с основателем школы для собак и их хозяев «Псарь» и узнали, как ему удалось увеличить прибыль в пандемию и с какими необычными просьбами к нему обращались владельцы питомцев. «Приучил пуделя к унитазу» — Как вам пришла в голову идея создать свою кинологическую школу? — Этот бизнес родился из детской мечты. В 12 лет я увидел работу кинолога — это люди, которым нравится работать с животными, и они получают за это деньги. Мне удалось заработать первые суммы в 12 лет, когда в 30-градусный мороз бегал в сугробах по колено, дрессировал собак за 150 рублей в час. А любовь к четвероногим друзьям тоже сохранилась с малых лет. Первой моей собакой был карликовый пудель. В 7 лет я приучил его ходить в туалет в унитаз. Это и было первой предпосылкой будущей профессии. — Нужно было получить какое-либо специальное образование для того, чтобы работать дрессировщиком? — К 15 годам прошел более 10 мастер-классов, курсов. Уже до этого обучал собак и их владельцев несколько лет. Дальше — служба в армии, среднее профессиональное образование, регулярное повышение квалификации. Сейчас я получаю высшее по специальности «ветеринария». А вообще считаю, что эта профессия базируется на таланте общения с человеком и его собакой. По большому счету, дрессировщик выступает лишь проводником-переводчиком. Человек хочет иметь послушную собаку, а собака — послушного хозяина. Вообще считаю, что людей без профильного образования нельзя допускать до такой работы — дело серьезное. «Мне говорили, что кинологи не могут заработать нормальные деньги» — Сколько ваша кинологическая школа существует как структурированный бизнес? — По нашим подсчетам — примерно с 2009 года. Тогда отработали первичные операционные процессы, создали первую команду. Потом это всё менялось многократно. Сейчас я работаю один, а штат школы — таргетологи, smm-специалисты и администратор. У нас было три дрессировщика, но пришлось с ними расстаться. Никто не может сохранить авторский подход к обучению. Я разрабатывал программу на собственном опыте. В основе — база центральной школы служебного собаководства, крупнейшей кинологической школы, где готовили знаменитых Джульбарса и Дину. — Как раскручивались? — За 10 лет мы ни разу не воспользовались рекламой. В основном это были совместные проекты с представителями других смежных по профилю организаций. Основная задача всегда была — делать свою работу так, чтобы люди тиражировали свое мнение о нас, сарафанное радио — лучшая реклама на все времена. Рекламу в инстаграме стали использовать только для продвижения онлайн-курсов. — Как рос ваш доход? Какова прибыль сейчас? — К 15 годам получал уже около 30 тысяч в месяц. К 16 годам я уже значительно вырос как специалист — зарплата составляла около 70 тысяч рублей. Каждый год выручка росла примерно на 30%. Хотя мне всегда говорили, что в России невозможно стать кинологом и зарабатывать нормальные деньги. Сейчас ежемесячная прибыль около 350 тысяч рублей. «Дрессируем и собак, и владельцев» — Как вы позиционируете свой проект? Это школа для собак или клуб для собаководов? — Мы называем это дрессировкой дрессировщиков. Мы всегда были заточены не на работу с самими собаками, а на работу с их владельцами. Собак мы «делаем» быстро, а с хозяевами приходится попотеть. Вообще курс составляет 6–8 недель. В итоге хозяин становится сам дрессировщиком для своей собаки. — То есть ваши отношения с клиентами, можно сказать, не постоянные? Вы всему научили и отпустили? — Не совсем. Среднее время работы с клиентами у нас составляет более трех лет. Этим мы очень гордимся. Хозяин с собакой проходит обучение, потом, например, мы помогаем поменять или получить документы на собаку, приобрести по приближенным к оптовым ценам принадлежности для животных. — Правильно понимаю, что у вас, по сути, нет офиса? Какая у вас форма организации? — Да, все верно. У меня ИП. Налоговые нас вообще особо не трогают — возможно, из-за специфики дистанционной работы. Для нас отсутствие помещения — это плюс. Мы работаем на территории владельца с выездом — клиент не тратит свое время, а получает ускоренный процесс обучения в естественной среде обитания. — Не выезжаете на самарские площадки для выгула и дрессировки собак? — Иногда ради интереса выезжаем на них, но особого смысла в этом нет. Эти площадки морально устарели — там нет современного оборудования. Мы возим с собой переносное оборудование: горки, лестницы, барьеры. При этом мы подготовили проект современной и бесплатной площадки для тренировок. Планируем открыть ее в Октябрьском районе уже в этом году. «Просили научить открывать холодильник» — Как оцениваете конкуренцию в вашем сегменте по Самаре? — Я не называю это конкуренцией, это партнеры и наши друзья. Мы объединяемся с зоомагазинами, ветклиниками, приютами, другими коллегами. Только развивая отрасль вместе, мы можем увеличить рынок сбыта, стать более узнаваемыми. — А чем ваш проект отличается от остальных? Как я понимаю, у вас есть свои фишки. — Главное отличие — подход: индивидуальная работа с собакой и хозяином на их территории. Кроме того, мы работаем весьма успешно по всему миру. Самая дальняя точка, до которой мы добирались, — Австрия. Там работали, в том числе и на выставках, и дрессировали. Также среди постоянных клиентов — жители Беларуси и Казахстана. Мы готовим собак-компаньонов, с которыми можно выйти в люди, отправиться в круиз, сходить в магазин. Также готовим для спецслужб — розыскных, охранных, спасателей на воде. Учим собак и на телефонные звонки отвечать, и продукты из магазина нести, встречать детей из школы. — Были необычные запросы от клиентов? Чему просили научить своих четвероногих друзей? — Среди самых необычных: клиент просил научить пса открывать холодильник, потому что этого хотел ребенок. Для малыша это развлекательный и практичный момент. В 2012 году впервые столкнулись с запросом приучить собаку ездить на самолетах, поездах, лайнерах. Сейчас такие пожелания уже не редкость. Еще просят научить собак вести себя спокойно и толерантно с крупным рогатым скотом. — С какими трудностями сталкиваетесь в работе? — К нам часто приходят, можно сказать, за последней надеждой, когда другие специалисты советуют усыплять. Чаще всего это коррекция поведения собаки, в том числе — агрессия. В среднем мы решаем эти и иные задачи за 6 недель. А вообще, прежде чем завести четвероногого друга, лучше обсудить вопрос выбора породы со специалистом и сразу прикинуть, сможете ли вы дать ей должные воспитание и условия. Самый значимый период — до 4 месяцев. В этот период закладываются главные стереотипы поведения питомца: что хорошо, а что плохо. «В пандемию выручка увеличилась» — А как повлияла пандемия на ваш бизнес? Были убытки? — Мы вынужденно создали онлайн-продукт. Тогда впервые воспользовались рекламой через инстаграм. Пандемия помогла начать реализовывать проект с дистанционным курсом дрессировки. По сути, это формат марафона. Человек самостоятельно изучает видео-уроки, а мы даем обратную связь. Это еще больше увеличило географию бизнеса. В привычном режиме в среднем у нас 20 собак за месяц, а с учетом онлайн-курса получилось 120 собак. Выручка увеличилась на 25% — при условии, что средний чек стал ниже в 10 раз за счет нового продукта. Многие на самоизоляции начали заводить собак. — Какие планы на обозримое будущее? Будут ли новые проекты? — Мы получили грант от правительства Самарской области — 300 тысяч рублей на реабилитационный центр для собак. Он ушел полностью на покрытие производства водно-беговой дорожки. Это инновационный инструмент в реабилитации животных. Также там будет бассейн для собак и специально оборудованная зона. Это крупный центр, каких нет в Поволжье. Он предназначен для реабилитации животных после операции и травм. Планируем открыть к осени.